...Осилит идущий

Перестук тяжелых колес мешался с гористыми пейзажами, «вагонными спорами» взрослых, краткими передышками на остановках и румяными на вид, но сомнительными на вкус пирожками, продаваемыми на перронах. С тех пор страсть к железнодорожным путешествиям поселилась во мне всерьез и надолго. Я не понимала тех, кто предпочитает бездушные и стерильные туши самолетов тряским и наполненным пахучей жизнью поездам. Зачем, спрашивается, куда-то направляться, если прибыть туда можно за какие-то два-три часа? Любая смена опостылевшей обстановки должна сопровождаться, как я это называю, дорожной акклиматизацией, то есть между пунктами А и Б должна пролечь наполненная тяготами, знакомствами, радостями печалями дорога, которая как бы подготовит тебя к пункту назначения.
Между тем позже я стала примечать, что порой дорога занимает меня чуть ли не больше, чем, например, отпуск на юге, которому она предшествует. Я думала, что нетерпеливо дожидалась оказаться на жарком берегу Черного моря, а выходило, что намного интереснее для меня пересечь всю Россию, почувствовать себя иноземцем, встретить людей, загорелых под лучами чужого солнца. Порой меня так увлекало путешествие, что я даже забывала спать по ночам, а все всматривалась в темнеющую за окном вагона беспроглядную пустошь и находила в этом какое-то тихое и безмятежное удовольствие. А прибыв, допустим, на упомянутый берег Черного моря, я уже предвкушала обратную дорогу, и мне было даже как-то неловко, словно этими мыслями я предавала долгожданный отпуск и саму себя – ту, которой надоела работа, родной город и жизнь на заданную тему. Должно быть, поэтому каждый раз я возвращаюсь домой с легкой душой и совестью.
Состояние дороги привлекает меня своей неопределенностью. Если в городе ты привязан к местности, зависим от нее, то во время поездки ты как бы впадаешь в пространственный анабиоз, невесомость, ты уже отбыл, но еще не прибыл, и в этом кроется нечто мистическое: на некоторое время ты перестаешь быть собой, но «зависаешь» между прошлым и будущим, «вчера» и «завтра». Ты не ответственен перед своей судьбой и волен свернуть куда угодно: вправо, влево или идти напролом – повсюду ждет прекрасное неизведанное. Кажется, в таком состоянии можно пребывать вечно, как наблюдать за бегущей водой. Возвращение к статике дается нелегко: даже оказавшись на месте, ты по инерции еще движешься куда-то внутри самого себя, стремишься к недостигнутому и непознанному. Очевидно, что в таких случаях главное – вовремя остановиться. И пусть говорят, что дорогу осилит идущий, но вам нужно знать: осилит ее тот, кто знает, где она заканчивается.