Общество
 18 февраля 2017, 12:00   1269

«Если нет. Новые стихи» Дмитрия Быкова: форменный каминг-аут или скучный блог Капитана Очевидность

«Если нет. Новые стихи» Дмитрия Быкова: форменный каминг-аут или скучный блог Капитана Очевидность
Business Class выбирает самые резонансные фильмы и книги, выпущенные на минувшей неделе, и представляет два противоположных взгляда на них. Читателям остается определиться, на чьей они стороне.

Продукт: «Если нет. Новые стихи»

Автор: Дмитрий Быков


ЗА

Дмитрий Быков – поэт, журналист, критик и радиоведущий – занимает одну из центральных позиций на отечественном медиапантеоне, но последняя его книга написана в такой интонации, что кажется, будто Быков уже приготовился покинуть свое почетное место. В новую книгу поэта вошли новые стихотворения и политические фельетоны в стихах «Письма счастья», написанные за последние два года. И, судя по всему, эти два года были не самым простым временем для Дмитрия Быкова. Все чаще и напряженнее в своих произведениях автор размышляет о том, за что можно и нужно любить Россию, как противостоять окружающей безнадеге и есть ли у этого нелегкого дела перспективы.

«Если нет» иногда кажется форменным каминг-аутом: Быков, от которого ожидаешь хлестких виршей, «острых и нужных, как зубочистки», неожиданно выпускает сборник стихов о Боге, дьяволе и самом себе. Такая перемена акцентов в творчестве Быкова идет на пользу окружающей среде и тем, кто ее созерцает. Читатель, закрывший книгу Быкова, взглянет на Родину свежим взглядом: «подводная лодка», с которой никуда не деться, плавно идет ко дну, и в этом – судьба и доля команды, застигнутой катастрофой врасплох. Россияне – это исследователи невиданного доселе несчастья, первооткрыватели невыносимых бед, они знают и видели то, о чем европейцы и американцы лишь читали в учебниках по истории. Знали, видели – и смирились.

И Быков – такой же, как и все. Раньше он упирался и бесился, штамповал один за другим выпуски «Гражданина поэта», но сейчас пришла пора найти в своем положении иной смысл и отринуть тирана прежде всего в самом себе.

Переход от внешней борьбы к внутренней дался оппозиционеру Быкову, скорее всего, крайне тяжело, но поэзия – это форма организации речи, а не форма организации политической мысли, поэтому стихи Быкова, возможно, впервые стали по-настоящему гармоничны и правдивы. И написаны они не «для дяди» (все понимают, о ком речь), а для времени. Именно поэтому у некоторых из произведений такой вид, будто Быков решился опубликовать их в последний момент, выдернув из дальнего ящика стола.

Наиболее ценными примерами позднего быковского творчества кажутся стихи, написанные в прозе: это компромисс, достигнутый Быковым-романистом и Быковым-поэтом. Текучий и бурный, как извилистый ручей, текст через все пороги ведет читателя к неизменно к страшной развязке. Спасает нас только то, что она уготована исключительно автору книги. А если нет?


ПРОТИВ

Новый выпуск вечера экстремальной поэзии в исполнении Дмитрия Быкова знаменует собой переход писателя с позиции ироничного активиста на позицию печального невозвращенца, который, хоть и остается жить в России, но делает это скорее по принуждению совести, нежели рассудка. То, что у России и всех нас все плохо, для Быкова становится главным поводом высказать и закрепить свое мнение. «Так прекрасна в России смерть, которая отменяет всю эту жесть», – пишет он в стихотворении «Чужой эпиграф», и далее, в соседнем тексте, дополняет эту мысль: «Как рай – не ведаю, но ад сближает». Таким образом, своим упадничеством автор старается примирить среднестатистического интеллигента (будь он поклонником его творчества или ненавистником) с необходимостью коротать свой век в стране, где «запрещают каждый чих» и «едят толстых детей».

Поэтическая логика – слишком большая роскошь для творца, которому есть что сказать. Ею Быков пренебрегает в пользу эффекта и размаха. Текучие и надменно-бессодержательные стихи Быкова никак не объяснят читателю, почему, собственно, их автор так взъелся на власть имущих и иже с ними. Ну то есть понятно, что в нем отчасти говорят корпоративные привычки хэдлайнера писательского цеха – здесь принято рефлексировать и по поводу Болотной, и по поводу плохо заварившегося чая. Но все же отчего-то тянет узнать, разобраться и постичь нечто более глубинное и любопытное. Ан нет.

Быков и сам чувствует: гораздо точнее и больнее у него получалось разить устами Михаила Ефремова. «Гражданин поэт» был проектом, нужным и важным для целого левацкого поколения, которое еще что-то помнило о фальсифицированных выборах и прочих романтических конфликтах власти и народа. Но сейчас, когда все это поросло быльем, Быкову только и остается что рефлексировать. Больше негде почувствовать и пропитаться оппозиционным размахом (ведь митинги под запретом), поэтому иногда поэт и вовсе отступает от своего образа колумниста «Новой газеты» и заводит разговор об упущенной любви и тягостной славе.

Мотивы апокалиптических предчувствий угадываются у Быкова как в стихах, так и в прозе («ЖД», «Эвакуатор» и т.д.), но если в качестве романиста и лауреата «Нацбеста» Быков делает атмосферные и глубокие тексты, то как поэт – будто бы ведет скучный блог, взяв на себя утомительную роль Капитана Очевидность. И если в этом амплуа у автора откажет чувство меры, то потом не говорите, что вас не предупреждали.


16 +

Поделиться:
Главные новости
Все новости компаний