На массовый старт выходят десятки скорострельных и скороходных девушек, затянутых в разноцветные комбинезоны, за плечами — грозные дула винтовок, в глазах — воля и стремление опередить своих противниц, в ногах и руках — недюжинная сила, а в каждом шаге — вера в эту силу. Говоря откровенно, от вида нескончаемой кавалькады непреклонно спешащих к финишу представительниц слабого пола становится не по себе. Само понятие «слабый пол» — оно явно не про них. Разве можно назвать слабыми тех, кто способен пройти в быстром темпе десять километров и лишь слегка запыхаться? Разве можно назвать слабыми тех, кто посвящает себя тренировкам, упражнениям на выносливость и соревнованиям с такими же профессионалами?
Не помню, чья это мысль, но спорт — это своеобразный компенсатор войны. Когда мужчине негде и не с кем воевать, когда на всех фронтах затишье, он оставляет копья и мечи и берется за спортивные снаряды — гири, молоты, клюшки, шайбы, ракетки и так далее. Недаром в спорте ощущается, во-первых, дух бескомпромиссной физической и интеллектуальной борьбы, во-вторых, милитаристская эстетика (борьба чаще всего происходит между двумя или несколькими командами, эти команды облачены в форму, имеют руководителя и конкретные тактические и стратегические задачи), и в-третьих, занятия, допустим, альпинизмом или регби, быть может, столь же травмоопасны, как и, предположим, участие в обороне относительно мирного КПП на русско-китайской границе.
Внимание, вопрос: насколько такое занятие подходит любой среднестатистической хрупкой девушке, у которой, выражаясь абстрактно, несколько иные жизненные установки? Да, разумеется, окружающий мир и его историческое развитие приучили нас к мысли, что женщинам под силу все то, что под силу мужчинам: производить государственные перевороты, жертвовать собой, отправляться в горячие точки и выказывать там отвагу, рвение и напор, писать хорошие и плохие книги, в одиночку содержать свою семью и всех родственников и так далее. Но все-таки какие силы толкают какую-нибудь шведскую биатлонистку отказаться от домашнего уюта и с головой уйти в нелегкое дело спортивных схваток? Неужели исключительно мода на феминизм?
Я готова согласиться с тем, что часть спортсменок просто делают то, что у них получается лучше всего в жизни. Но как быть с теми, кто ради смутных карьерных перспектив и рекордов пожертвовал чересчур многим? Что останется в их сухом остатке? Фотографии в прессе? Старые травмы, дающие о себе знать во время холодов и дождя?
Впрочем, это — личный выбор каждой из них, так что да будет так. Однако будем рассуждать позитивно и радоваться тому, что пока редко встречаются виды спорта, где женщины соревнуются с мужчинами и еще умудряются побеждать. Они, мужчины, этого не переживут.
