Есть такая партия

Депутаты Законодательного собрания другой культурной столицы России – Петербурга с минувшую среду приняли проект городского закона, вводящего штрафы за пропаганду гомосексуализма среди несовершеннолетних. Их инициативу поддержали народные избранники Мосгордумы, а вслед и спикер Совета Федерации Валентина Матвиенко.
Тем временем на другом краю земли, в Египте, местная студентка-феминистка-вегитарианка (разве что не комсомолка) Алия Магды Аль-Махди взорвала местное интернет-сообщество оригинальным протестом, разместив на личной страничке в социальной сети свои фото в стиле «ню». Обнаженки в интернет и без Алии достаточно, но для страны с сильными исламскими традициями это слишком. Сообщается, что стриптиз вывел из себя и консерваторов, и либералов. Последние, восхищаясь ее смелостью, сетуют на то, что теперь им еще сложнее будет нести свои идеи в египетское общество.
Оба события наводят на размышление о том, насколько важной даже для современного человека остается сфера идей. Для одних крайне важно (выходит, даже с риском для жизни) исповедовать некие убеждения, иным – очень хочется навязать свое видение мира окружающим. Пропаганда вызывает борьбу с ней, которая в свою очередь тоже обращается в пропаганду. Вот оно – доказательство, что «не хлебом единым…»
Самые масштабные войны – и «холодные», и «горячие», имели идеологическую подоплеку, а порой – основу. Вместе с тем, та же история показывает, что попытки насаждения идей редко достигали своих целей. Само слово «пропаганда», если верить Википедии, вошло в обиход благодаря congregatio de propaganda fide – организации, основанной папой Урбаном VII в 1623 г. для распространения католической веры во время Тридцатилетней войны между католиками и протестантами. Война разорила Европу (в Германии погибло более 5 млн человек мирного населения, демографические последствия ощущались на протяжении 100 лет), но лютеране и кальвинисты отстояли свое право на вероисповедание. Если пойти дальше, то можно вспомнить, что именно Урбан VII в свое время заставлял Галилея отказаться от распространения гелиоцентрической системы мира. Всем известно, чем это кончилось.
Наверное, это еще раз доказывает, что никакая пропаганда не способна ни заставить человека поверить в какую-то идею, ни отказаться от нее. Это лишь в его собственной власти. Можно добиться внешней покорности или даже сервильности, но надеяться на полный контроль над умами других – невозможно. Достижимо лишь самому себе внушить идею, что владеешь мыслями масс.
Сейчас встречаются реплики в духе «настоящих буйных мало, вот и нету вожаков», а потому изменения в стране, скажем, маловероятны. Стоит напомнить, что накануне революции 1917 года партия большевиков тоже была известна крайне узкому кругу лиц, а нелегал Ленин, по большому счету – вообще никому. События, сделавшие его знаменитым, произошли внезапно (это вообще признак многих революций), причем даже для самого «вечно живого».
Причина такой «внезапности», думается, как раз в том, что высшие политические круги по всему миру и во все времена слишком много внимания уделяют попыткам влиять на умонастроения и аутотренингам, в ущерб решению актуальных насущных проблем, к которым пропаганда гомосексуализма явно не относится.