Газета
 21 апреля 2014, 13:20   3386

Леон Кейн: Я не хотел напугать зрителя до полусмерти

Леон Кейн: Я не хотел напугать зрителя до полусмерти
Интервью с режиссером спектакля «Человек-подушка», поставленного в театре «У Моста» по пьесе Мартина МакДонаха.

Как получилось, что Сергей Федотов пригласил вас ставить спектакль?
– Я приехал в Пермь как представитель компании, которая с помощью английского языка помогает учащимся школ, колледжей и институтов улучшить свои театральные навыки, путем участия в мастер-классах.
В один из дней я пришел в театр «У Моста», посмотрел спектакль «Мастер и Маргарита», который мне так понравился, что я зашел к Сергею Федотову. В разговоре коснулись темы МакДонаха, и я сказал, что это мой любимый драматург и я мечтал бы поставить «Человека-подушку». Выяснилось, что Сергей Федотов уже обдумывал эту постановку, так все и получилось. В этом спектакле театр «У Моста» соединил людей из разных стран.

Как вы считаете, почему МакДонах так популярен сейчас в мире?
– Он хорошо понимает и чувствует, что волнует сегодня зрителей и читателей, в его пьесах много неожиданных поворотов и эффектных сцен. В своих произведениях он дает возможность посмотреть на события или факты с разных уровней, проанализировать их с противоположных точек зрения, и это дает необычный результат. Добавьте сюда его знаменитый черный юмор – и получится нечто новое, современное, свежее, что привлекает людей.

Я читала пьесу «Человек-подушка», в ней много жестоких сцен, но мне кажется, что вы как режиссер пощадили наши чувства и постановка довольно сдержанна. Это так?
– Я не хотел напугать зрителя до полусмерти, а хотел показать, что смысл пьесы намного глубже, чем может показаться на первый взгляд. Те истории про детей, которые появляются во время спектакля, действительно кровожадные, но они очень красиво написаны, красиво сделаны. Да, они жестоки, но вы ощущаете сочувствие и симпатию к их героям.

Безусловно, ведь речь идет о замученных детях!
– Да, и это еще одна большая тема, которая проходит по всей пьесе, – тема безопасности и спасения детей.

Для вас как для режиссера какая тема является главной в спектакле?
– Для меня главная тема этой пьесы – истории, которые в ней звучат. Герой пьесы Катурян переживает безмерные страдания и знает, что его ждет расстрел. Единственное, что он хочет, – это сохранить написанные им рассказы. И своему брату Михалу он говорит: главное не то, что ты делаешь, а то, что ты оставляешь после себя.

В последней истории, которую он сочинил за пять секунд до расстрела, он фактически назначил цену своему творчеству – оно оплачено страданиями его брата Михала. Вы оправдываете это?
– Цена его историй – это его собственная жизнь, и он заплатил эту цену. Вместе с артистами мы часто обсуждали: почему Катурян убил своего брата, и причин тому нашли очень много. Но я бы хотел, чтобы зрители тоже поразмышляли над этим.

В пьесе нет точного ответа на вопрос: действительно ли Михал убивал детей? Как считаете вы?
– С одной стороны, это может быть правдой, ведь всего один рассказ Катуряна был опубликован, все остальные истории он читал только Михалу. С другой стороны – мог быть кто-то другой или другие, но вероятность этого мала, ведь у Катуряна не было ни читателей, ни фан-клуба. Однако если несчастный Михал и убил этих детей, то сделал он это из любопытства, он вовсе не маньяк, и в нем нет ненависти к людям. У него была очень тяжелая жизнь.

В вашей постановке писатель – сочинитель ужасных сказок про замученных детей – вызывает сочувствие. Вы ему симпатизируете?
– Да, потому что его обвиняют в том, чего он не совершал, кроме того, его гложет мысль, что созданные им истории заставили кого-то пойти и осуществить написанное.
Это тяжелая ситуация, его захлестывают очень сильные эмоции.
В диалоге со своим братом Михалом он говорит: «Да, я написал эти истории, но никто не заставлял тебя идти и воплощать их в жизни! Почему ты не разыграл хорошие истории?»
Он чувствует свою вину за то, что прочитавший его рассказы совершил реальные убийства.

На ваш взгляд, можно ли говорить об ответственности писателя за то, что он написал? Или «нам не дано предугадать, как слово наше отзовется?»
– Сложный вопрос, наверное, пишущий ответственен. Но ведь многое зависит от того, кто его читает, каждый выносит свое из прочитанного. Писателем движут творчество и воображение, он пишет и не думает, что его можно как-то неправильно интерпретировать. Но опять- таки – если речь идет о вещах опасных, надо задумываться, к каким последствиям это может привести.

Вы согласны, что одной из главных тем спектакля является страх?
– Да, там очень много страхов, которые герои несут в себе с детства, в первую очередь это следователи Ариэль и Тупольски. Я считаю, что это область ответственности самого человека: подавлять эти страхи или идти у них на поводу. Но если страх заглушает все, то надо идти к специалисту и работать с этим. Думаю, одной из ошибок Катуряна было решение самому ухаживать за братом, а не доверить его специалистам. Но, с другой стороны, возможно ли было получить такую помощь в тоталитарном государстве? Возможно, его решение было единственно правильным. Вот это множество вопросов, которые возникают по ходу пьесы, – еще одна черта, вызывающая всеобщий интерес к драматургии МакДонаха.

Довольны ли вы сотрудничеством с театром «У Моста»?
– Мне очень понравился театр, очень хорошо работалось с актерами – прекрасными и очень талантливыми, которые откликаются на каждое решение режиссера. При этом актеры все – мыслящие, это очень важно при работе над такой сложной пьесой. Мне безумно понравилось, я получал огромное удовольствие от работы.

Теги:
Поделиться:
Все новости компаний