Газета
 20 июня 2011, 13:20   838

Кино

Продукт: «Древо жизни» Режиссер: Терренс Малик

Невероятно сложно дать однозначную оценку новому фильму Терренса Малика хотя бы потому, что, назвав его фильмом, рецензент безжалостно обманет читателя. «Древо жизни» – это скорее постулат личной религии режиссера, его фильм фильмов, персональная Библия. Сказать что-то конкретное об этой картине – значит поставить ее в общий ряд произведений современного кино, а это невозможно и неправильно. И дело не в том, что «Древо жизни» на порядок лучше или хуже, а в том, что фильм (все-таки условно назовем его так) снят как будто в никому не известном жанре на новообразованном киноязыке в эпоху, которая только вступила в свои права.
«Своеобразие» – то слово, которого так хочется не упоминать, но без которого, видимо, не обойтись. Малик, обычно предельно точный в своих высказываниях, в этот раз словно загадочно отмалчивается, но не потому, что предоставляет зрителю возможность решить, что он имел в виду, но лишь оттого, что «Древо жизни» – это воплощенная тишина, мотив которой превалирует в каждом кадре. Эта тишина, конечно, более метафизического, нежели реального, свойства, она пронизывает собой весь хронометраж картины, служит ее началом и логичным завершением. Тонкой красной нитью эпизоды «Древа жизни» связывает образ спирали, неизбывной вторичности человеческой жизни и жизни вообще.
Отправной точкой повествования (и одновременно его кульминацией) служит смерть одного из сыновей главы семейства, явившаяся ударом для всех окружающих. Избегая непременных маркеров наподобие «два года до этого» или «ранее», Малик неожиданно возвращает зрителя к тому, с чего все началось, – к зарождению жизни, но не конкретной, а  жизни как явления среды обитания духа.

Вердикт «bc»:  смотреть в одиночестве

Поделиться:
Все новости компаний