Кино

Иньярриту, пожалуй, самый чуткий и чувственный постановщик современности. Массовому зрителю знаком его триптих «Сука-любовь» – «21 грамм» – «Вавилон». Главный месседж этих картин, думается, состоит в отношении Иньярриту к человеческому горю. В одном из интервью режиссеру задали провокационный вопрос: льстит ли ему сравнение некоторых его фильмов с ранними работами Квентина Тарантино. «Не то что не льстит, но по-настоящему оскорбляет, – ответил Иньярриту. – Я никогда не смогу так легко воспринимать смерть, как это делает мой коллега».
По завершении работы над нашумевшей трилогией режиссер взял многозначительную паузу, которая как бы намекала, что постановщик готовит зрителя к чему-то еще более проникновенному. Так и появилась «Бьютифул»: проникновенная, слезоточивая и пробирающая до мозга костей картина. Вот только рассматривать ее в отрыве от предыдущего творчества мексиканца не получается. Создается впечатление, что в этом и состоял замысел Иньярриту: снять не трилогию, но тетралогию.
«Бьютифул» – страшная сила, но впечатлить она способна разве что беременных женщин и детей. Испанец Уксбаль узнает, что болен раком. По идее, это известие должно было вывернуть его наизнанку, а он, тем не менее, продолжает заплыв в вязкой повседневности: спасает иммигрантов от голодной гибели, воспитывает своих детей, сходится и расходится со своей бывшей женой. Он никому не может признаться в том, что умирает, даже самому себе – в этом, должно быть, состоит главная приманка для зрителя, наивно надеющегося на хэппи-энд.
Бесхитростно трагическая лента могла состояться, будь она снята Иньярриту на заре своей карьеры, но сейчас она лишь технически безупречная старая песня. Увы, не о главном.
Вердикт «bc»:  поплакать о нем, пока он живой