Залечь на дно в Амстердаме

На прошлой неделе пермские блогеры обсуждали городской рынок интим-услуг, аферистов в ЖКХ и индийские фильмы.
Столичное. Вечно незатухающая тема столичных претензий Перми была интригующе интерпретирована в блоге Senat-perm. Какой только столицей ни была Пермь – культурной, туристической, либеральной, но никто и никогда, кажется, не прочил ей звание столицы Нидерландов. «Нет, это не о плане голландских архитекторов сделать из Перми компактный голландский городок. Все гораздо интереснее. Пермь действительно развивается в последние годы как голландская столица. Причудливое смешение культурных и экономических процессов породило неожиданный эффект».
Авторы блога напомнили, что, благодаря переходу ряда предприятий в руки московских владельцев и многочисленным фестивалям, в городе появилось много приезжих с деньгами, например, «залетных» участников всероссийской культурной тусовки.
За них «платит предприятие, участники фестивалей едут и живут за счет бюджета мероприятий. При этом и у них сохраняются свои, немалые по пермским меркам, «московские деньги». В Перми люди с деньгами, вырванные из обычного круга забот стремятся оторваться по полной программе. И спрос рождает предложение. Красивые девочки в Перми были всегда. Клубы расцвели, сауны размножились, заклубился дымок. Появился синдром Амстердама – города музеев, культуры и улиц красных фонарей. Забурлила ночная жизнь. Это не критика, а реклама города. Амстердам – далеко, а либеральная Пермь близко. Приезжайте к нам!»
Предвыборное. Андрей Агишев, выставивший свою кандидатуру на выборах в местное Заксобрание, пошел на смелый, почти отчаянный шаг. Пользователь G_bolotoff первым приметил плакат, рекламирующий личность Андрея Валентиновича. Растяжка, выполненная в стилистике акростиха, внезапно уведомляла, что г-н Агишев против: Чурок, Идиотов, Расхитителей, Коррупционеров, Упырей, Наркоманов, Олигархов, Взяточников, Аферистов в ЖКХ.
«Смущают два пункта, – признался G_bolotoff, – первый и седьмой. Первый пункт попахивает «разжиганием межнациональной розни», а пункт номер 7 выводит из строя во мне всю логику. Ну, и упыри, идиоты, наркоманы... сильная вещь, нечего сказать. Хотя, вероятно, создатели рекламы рассчитывали на некий вирусный эффект. Да, и последний пункт. «Против» аферистов из ЖКХ, но видимо «за» аферистов из других отраслей?»
Впрочем, сам Агишев уже успел откреститься от такой зверской социальной рекламы: «Баннер не мой, ТИК отказала мне в регистрации, и я не могу размещать агитационные материалы, пока суд не примет обратного решения».
Однако «Идея моя. Основной месседж понятен – Я против Чиркунова! Откуда и как появились «чурки», я знаю, но разбираться и судиться не буду, есть чем заняться и помимо этой ерунды».
Наконец блогер традиционно заключил: «Чиркунов – основная проблема для края, который уже семь лет стагнирует и загибается. Мы не можем сделать и построить элементарного, а только празднуем и фестивалим. Поэтому, чтобы было понятно – Агишев за любую «чурку», которая против Чиркунова!»
Казалось бы, запах жареного перебивал все остальные ароматы, но у г-на Агишева нашлась причина мыслить романтически. По этому поводу был написан целый пост под названием «Про запахи»:
«Я и не особо чувствителен к запахам, не различаю какие-то особые нюансы, и в памяти они не остаются. За исключением, наверное, особых. Запах детства – запах хны: мама, молодая учительница, красила волосы самостоятельно, что-то разводила, смешивала – интересен был сам процесс. Или тошнотворный запах молочного киселя. И самый-самый, самый лучший, самый волшебный – запах ребенка! Когда ночью просыпаешься от крика, подходишь к кроватке, берешь это чудо на руки, все вопросы, все проблемы снимает именно запах. Ты вдыхаешь, улавливаешь его, и нет уже никаких проблем, нет ничего, кроме этого запаха – запаха счастья».
Мораль: все мы, как дети, ей-богу, идем на поводу неясной «аромы», а для того, чтобы взять правильный след, нужно лишь... принюхаться.
Разное. Как было рассказано выше, фамилия Олега Чиркунова сыграла против своего обладателя. Тем временем пользователь Avoid-it задался схожим вопросом: «Бытие определяет сознание. А фамилия, как вы считаете, определяет бытие?» И получил ряд интересных ответов.
Radist_chingiz: «Фамилия не то что бытие – судьбу определяет. Вот, скажем, родилась ты с фамилией Романова, с отчеством, на минуточку, Николаевна, в XIX веке, в славном граде Петра. И ведь как кардинально может измениться судьба в сравнении с нынешней».
Magistr111: «Напали гопники на беззащитную студентку, стали плясать вокруг нее ритуальные пляски, в стороне потрошили сумочку... Нашли паспорт с фамилией Кличко... Отряхнули пальто, помогли надеть, вернули сумочку с вещами, проводили до трассы, поймали такси, заплатили и очень вежливо попрощались... А всего лишь однофамилица...»
San-sanna: «Думаю, в некотором смысле определяет. Я не случайно поменяла свою девичью – при замужестве».
Оригинал. Иван Давыдов, бывший резидент Перми, пишет роман. Нет, не о Перми, но все же о периферии. Нет, не самый удачный (по его собственному признанию), но все же подозрительно пророческий. «Про человека, которого черти заносят в глухой провинциальный город на большой реке, где группа проходимцев, вдохновляемых, впрочем, светлыми идеями, строит то ли рай, то ли пародию на Платонова».
В этом городе «приносят лошадь в жертву водяному, и женщины оборачиваются змеями, когда не поколачивают мужчин, и временами алкоголь рекою льется, а временами – река течет алкоголем».
Но «изюм» этой притчи обретается в одном из нижних слоев: «Там есть все же линия утопическая, с переустройством мозгов и быта. Главный движитель по этой части – губернатор, разумеется, окруженный или обескураженный, возможно, даже околдованный столичными чертями. Он человек благонамеренный, разумеется, вороватый – русская власть же, как иначе, с фантазией и не без деспотизма. Отчего и выдумывает все время – потому что город еще и Россия, как это вообще в отечественной литературе принято, – всякие улучшения для граждан».
Там еще куча конспирологии, мы не будем вас утруждать. Завершим мы все это следующей выдержкой из г-на Давыдова: «В общем, я подумал, – раз уж мои бредовые идеи реализуются быстрее, чем я успеваю их оформить, то я просто обязан предупредить сограждан. Вот еще какие нововведения затевает в моей недописанной книжке герой-губернатор: вводятся талоны на слова, чтобы граждане меньше болтали и больше работали; время, идущее в городе, определяется генератором случайных чисел и подтверждается ежедневно указом губернатора; губернатор, человек благородный и, в принципе, желающий победы добра над злом, увлечен индийскими фильмами, в связи с чем на главной площади ежевечерне устраиваются силами горожан грандиозные костюмированные постановки с соответствующими танцами и песнями».