Газета
 21 апреля 2014, 13:20   3377

Во многом разбирались с нуля

Во многом разбирались с нуля
Николай Девяткин, депутат Законодательного собрания Прикамья всех созывов — о своей роли в избрании Евгения Сапиро, возмутителях спокойствия и роли подсознательного.

Николай Андреевич, на минувшей неделе в Законодательном собрания края официально отметили 20-летний юбилей регионального парламента. Вас можно смело назвать одним из аксакалов представительной ветви власти Прикамья. Если вспоминать 1994 год, считали ли себя парламентарии первого созыва Законодательного собрания преемниками Совета депутатов?
– В какой-то степени, безусловно, это было так. Ведь многие члены краевого парламента действительно состояли в Совете депутатов городского и областного уровня. Однако у нового парламента появились и принципиально новые полномочия – законотворчество, которое было предусмотрено Конституцией 1993 года. До этого Советы депутатов все-таки имели несколько иные полномочия. Во время первого созыва ЗС многие из нас, честно говоря, с трудом понимали, что такое законотворчество. Нельзя забывать, что наш парламент появился одним из первых в стране, поэтому наличных примеров, готовой практики аналогичной работы в стране еще не существовало, и нам приходилось самим разбираться в том, что же это такое. Поэтому мы постоянно привлекали ученых (в основном сотрудников классического университета) и практикующих юристов к нашей работе и учились уже непосредственно у них.

Насколько представительным был первый созыв краевого парламента?
– Считаю, что первый созыв регионального парламента был представительным органом в полном смысле этого слова. Здесь были разные группы: чиновники, бизнесмены, представители профсоюзов, интеллигенции, местного самоуправления по специальной квоте и т.д.

В первом созыве вы занимали пост вице-спикера ЗС, но как проходили выборы самого спикера?
– Для начала отмечу, что на должность председателя Законодательного собрания претендовали три кандидата: бывший председатель Совета народных депутатов Михаил Быстрянцев, заместитель главы администрации Перми Владимир Хлебников и первый вице-губернатор Евгений Сапиро. Признаюсь, что получить большее число голосов Евгению Сауловичу помогло то, что он сразу заявил меня в качестве своего вице-спикера. Прежде всего это обеспечило ему поддержку депутатов-аграриев и глав муниципальных образований, со многими из которых я лично был знаком и просил их поддержать именно Евгения Сауловича. Всегда считал и считаю его настоящим профессионалом, который всегда добросовестно выполнял свои обязанности председателя Законодательного собрания.

Как вы распределяли между собой обязанности?
– Евгений Саулович отвечал за проведение самих пленарных заседаний, а я – за различные организационные вопросы и взаимодействие с исполнительной властью.

Какие задачи стояли перед новым парламентом в первую очередь?
– Прежде всего нам нужно было разработать и принять ключевые нормативно-правовые акты на уровне края. Главным из них, безусловно, был Устав. Работа над ним шла до сентября 1994 года, а также потребовалось разработать еще 20 ключевых нормативных актов в продолжение положений Устава.
Кроме этого, активно велась работа по разработке регламентных документов деятельности самого Законодательного собрания. Также нужно было утвердить процедуры прохождения всех этапов законотворчества.
Немаловажной и довольно сложной задачей стало выстраивание взаимоотношений с исполнительной властью. Здесь возникали серьезные споры не только среди депутатов, но и между ветвями власти.

Каким образом решались разного рода расхождения во мнениях?
– В основном я старался улаживать конфликты при личном общении с теми или иными людьми – как со стороны исполнительной, так и законодательной власти. Но если возникали действительно серьезные противоречия, то создавалась так называемая согласительная комиссия. В нее входили представители с той и с другой стороны и договаривались уже непосредственно друг с другом. В среднем работа такой комиссии продолжалась от одного до двух месяцев, но были случаи, когда она функционировала и несколько месяцев, в частности, по поводу принятия закона о монетизации льгот.

Что до сих пор осталось со времен первого созыва регионального парламента?
– Главным нашим достижением еще с того времени помимо разработки нормативно-правовой базы для последующей деятельности я считаю создание оптимальной структуры самого Законодательного собрания, прежде всего его комитетов. Она осталась неизменной до сих пор, в ее основе лежит функциональный или бюджетный принцип, тогда как большинство современных региональных парламентов пошли по отраслевому принципу, что делает структуру законодательных органов власти весьма громоздкой. У нас же был комитет по экономической политике и налогам, который отвечал за доходную часть бюджета. За расходование бюджета нес ответственность комитет по социальной политике. Взаимоотношения с муниципалитетами, в том числе при бюджетных ассигнованиях, курировал комитет по региональной политике. И в качестве своеобразного арбитра между этими звеньями выступал комитет по бюджетной политике.

Как вы относитесь к «возмутителям спокойствия» в стенах парламента?
– Я считаю, что любой депутат обязан представлять интересы своих избирателей любыми доступными способами, но необходимо, чтобы это шло в конструктивном ключе, а не превращалось в обычную демагогию. Ведь зачастую то, что депутаты называют «мнением избирателей», оказывается всего лишь их собственным мнением. Но, тем не менее, иногда высказывались действительно ценные замечания. Поэтому с «возмутителя спокойствия» я всегда предпочитал беседовать лично и учитывать их пожелания, если они позволяли улучшить качество нормативных актов.

На протяжении вашей деятельности в краевом парламенте кто в основном выступал инициатором различных нормативных актов?
– Как и по всей стране, здесь ситуация аналогичная, и большинство нормативных актов поступают в парламент от исполнительных органов власти. Я считаю это правильным. Во-первых, профессиональные госслужащие лучше разбираются в специфике той или иной сферы правового регулирования. Во-вторых, депутат при написании текста закона все равно будет исходить из своих собственных интересов и пытаться его прописать в содержании нормативного акта. Это может происходить даже подсознательно. Поэтому я сторонник привлечения независимых специалистов при разработке непосредственно текста нормативных актов, в этом нам, конечно, помогает аппарат Законодательного собрания.

Как развивался аппарат Законодательного собрания за время вашей работы?
– С самого первого созыва аппарат Законодательного собрания показал себя как сильный и эффективный орган. Прежде всего, мы всегда воспринимали его как экспертный орган, в который постоянно привлекались грамотные специалисты, и работа с кадрами здесь всегда была предметом особого внимания. При этом одной из ключевых особенностей работы аппарата стало то, что его деятельность оценивали сами депутаты по итогам года. Результаты такой оценки непосредственно влияли на кадровые решения внутри аппарата, депутатами обозначались проблемы в его деятельности, после чего мы думали над их решением. Практически неизменной за все эти годы осталась и структура аппарата.

Что бы вы обозначили в качестве наиболее важного достижения первых лет работы парламента?
– Главным достижением я считаю следующее: жители края просто стали понимать, что такое парламент, зачем нужен этот орган. И это очень приятно, когда на встречах с депутатами люди указывают на необходимость тех или иных законодательных инициатив, а не просто перечисляют свои проблемы. Хотя в самом начале работы краевого парламента 80 процентов поступавших обращений приходилось перенаправлять в другие органы власти, потому что к нашей работе они не имели отношения, а люди писали нам по любому поводу. Важную роль в процессе повышения политической культуры сыграл проект «Парламентские уроки», который реализуется уже на протяжении 8 лет.

Поделиться:
Главные новости
Все новости компаний