Газета
  1. Газета
 16 апреля 2012, 13:20   1232

Как раб на галерее

Как раб на галерее
Чтобы избавиться от приставки «и. о.», Юлии Тавризян придется участвовать в конкурсе на замещение должности руководителя ПГХГ. С корреспондентом «bc» она поделилась своими соображениями насчет будущего состязания и его участников, а также нынешнего положения галереи.

 Юлия Борисовна, я так понимаю, вы планируете участвовать в конкурсе на замещение должности директора Пермской галереи?

— Я раздумываю над этим. Запросы правительства, краевого Минкульта и организаторов конкурса говорят о том, что на этом месте хотят видеть людей со стороны — столичных или даже иностранных деятелей, — которые могут взглянуть на ситуацию под другим углом, незамыленным и свежим взглядом. Впрочем, и у меня имеется представление о том, куда должна идти галерея — это и мне дает какие-то шансы.
Как вы оцениваете возможности пермских «самовыдвиженцев»?
— Творческих людей в Перми хватает. Согласно конкурсной документации, претендентам достаточно иметь оригинальный взгляд на проблему музея в современном мире. Все остальные требования носят по большей части формальный характер.
Как вы относитесь к инициативе пригласить к участию и судейству иностранцев?
— Это как минимум обеспечивает конкурсу представительность. Также организаторы конкурса исходят из давно сложившегося стереотипа, что свежая кровь даст желаемый переворот. Что ж, вполне может быть. Как бы то ни было, но правительство и Минкульт пригласили специалистов самого высокого ранга, что не может не радовать. То же самое с участниками-варягами. К варягам я отношусь хорошо и не вижу противоречия в том, что приглашенные специалисты могут занимать некие культурные должности. Однако галерея — это не просто неподвижная коллекция, а живой организм, это кадры, это имманентные функции: изучение и сохранение. И как человек со стороны способен все это оценить в течение короткого срока пребывания в Перми, мне не совсем понятно.
Костяк жюри не вызывает у вас вопросов?
— Хорошо, что в жюри присутствует Надежда Беляева, в музейной деятельности она, как мне видится, разбирается больше остальных. В противовес этой классической музейности есть галеристы, которые занимаются современными практиками. Это тоже хорошо. Без Марата Гельмана, разумеется, было не обойтись — это его начинание и идея. Возможно, я бы на месте организаторов задействовала в качестве рефери представителей классических московских и санкт-петербургских музеев.
Останетесь ли вы работать в галерее, если пост директора займет человек со стороны?
— Это будет зависеть от того, кто это будет, какую структуру работы он предложит, и на какой должности я останусь. Уборщицей — точно, нет.
С чем была связана отставка Надежды Беляевой, и будет ли ее дальнейшая судьба связана с ПГХГ?
— Сложность ситуации заключалась в том, что стороны иногда не могли друг друга услышать. Теперь я смею надеяться, что Надежда Владимировна сможет стать президентом галереи — эта должность введена во многих культурных заведениях: музеях, театрах, университетах. Президент смотрит на проблемы шире, не занимается каждодневной текучкой, но больше внимания обращает на глобальные и стратегические вещи, помогает, рекомендует, представительствует.
В Перми, как мне кажется, наметилось противостояние соврисков. Какой из них вам ближе — тот, что привозит Марат Гельман, или тот, который продвигает Надежда Агишева?
— Здесь все дело в масштабе. То, что импортируется Музеем PERMM — это звучные имена и тенденции. Это вершина. Надежда Агишева предлагает иной вектор — Музей советского наива, который не вступает в противоречие с PERMM, но движется в ином русле. А вообще, чем больше музеев, тем лучше. Чем больше разнообразия, тем интереснее. В галерее отдел современного искусства функционирует порядка десяти лет. Но у нас и в мыслях не было работать в пику Марату Гельману. Напротив, мы соратники и партнеры на поле сегодняшней культурной ситуации. Ведь музеи, по сути дела, — это уникальные очаги культурного развития, они должны помогать, а не топить друг друга. Увлечение наивным искусством (выставки наива на Речном вокзале и в ПГХГ открылись почти синхронно, — прим. ред.) — это тренд, но не символ конкуренции. Подобные экспозиции запускаются также в Петербурге и Москве, например в Музее изобразительных искусств имени Пушкина.
Как обстоят дела с посещаемостью галереи?
— Она довольно стабильная и высокая для регионального музея. Считается, что годовое количество посетителей подобного рода учреждений должно равняться 10 % населения города. К нам в год приходит 120–130 тысяч человек. Между тем во всем мире посещаемость уже давно не является главным показателем успешности музея. Да, музей работает для зрителей и на интересы всех слоев общества, но оценить уровень менеджмента этим невозможно.
Что в последнее время повлияло на посещаемость?
— Свое влияние оказывают некоторые сопредельные события. Например, устанавливается крест на колокольне нашего здания — люди звонят и спрашивают, куда переехала галерея. История с передачей здания в собственность РПЦ также несколько путает людей, и начинается некоторая неразбериха. Вместе с тем чем громче события, тем больше людей знает, где мы находимся.
Ходят ли в галерею недовольные засильем «гельмановского» совриска?
— Музей — такое место, посредством которого невозможно свести счеты. Я ни разу не видела в галерее тех, кто активно выступает по этому поводу в прессе или на других площадках. Видимо, их не привлекает классика — скорее они заинтересованы в самом механизме борьбы.
Что происходило с портретом среднестатистического посетителя галереи?
— Если брать «среднюю температуру по больнице», то могу сказать, что этот портрет изменился и продолжает изменяться. Раньше главными зрителями были школьники, теперь их стало значительно меньше — и у меня чувство, учителя и родители не знают, что теряют их воспитанники. Одновременно растет процент взрослых. Развиваются проекты, ориентированные на молодежь или людей преклонного возраста.
В достаточной ли мере финансируется деятельность галереи?
— Бюджет учреждения формируется из нескольких позиций. Часть средств поступает от учредителя — Агентства по управлению госучреждениями. Часть — от Министерства культуры края. Есть также собственные заработанные средства и средства, привлеченные за счет грантов и спонсоров. Могу заметить, что без спонсорской поддержки было бы очень трудно, ведь бюджетное финансирование покрывает лишь самые насущные нужды и только обязательные статьи. Поэтому мы сотрудничаем с пермским бизнесом в разных областях, по тому же пути идут большинство крупных музеев. Предприниматели входят в любой попечительский совет. Новому директору галереи, кстати, необходимо будет озаботиться наведением мостов и крепких связей — в случае, если он действительно решит выстраивать музейную стратегию на новый усовершенствованный лад.
Поделиться:
Все новости компаний