Газета
 31 октября 2011, 13:20   1076

Все по уму

Все по уму
Филипп Григорьян, постановщик термоядерных «Чукчей», на этот раз обращается к вечноцветущей классике – на площадке Театра-Театра идет работа над спектаклем «Горе от ума». Режиссер рассказал «bc» о том, что на роль Чацкого претендовал рэпер Сява, местом действия станет подземная парковка, а текст Грибоедова будет несколько урезан.

Чего в вашем спектакле больше – Григорьяна или Грибоедова?
– Задача, которую мы перед собой ставили, была достаточно сложной: предельно актуализировать текст Грибоедова, не погрешив против основной идеи и главного посыла. На первый взгляд все может показаться простым донельзя: ведь герои изъясняются ровно таким языком, на котором говорим и мы, и поднимают извечно проблемные темы, характерные для каждого из нас. Тем не менее вопросы возникают уже на уровне ознакомления режиссера с текстом, и вот один из них: как должны быть решены те самые крылатые фразы, которыми усыпан текст? Ведь они не просто изредка мелькают в пьесе, но порой идут нескончаемым потоком. Поэтому слово Грибоедова для нас было решающим фактором при «сборке» спектакля. Текст первого акта сохранен почти полностью. Второй акт был нами значительно переработан – в угоду доступности, динамике и упомянутой актуализации. Не нужно забывать, что постановка должна отвечать требованиям современности, ее быстрому течению и ритму, тем временем театр Грибоедова – это литературный театр, его произведения потрясающе звучат, они идеально подходят для читок, но в качестве драматургического произведения они неполноценны и насыщены архаизмами, которые ныне затрудняют их восприятие. Поэтому во втором акте значительно урезана галерея образов и диалоги, в этом нет ничего страшного, современный зритель приучен к сюжетному мышлению, он без труда заполнит возникшие пробелы, если распознает их.


Почему пьесы классиков необходимо «обрабатывать»?

– Многие классицистские пьесы написаны только для того, чтобы дать возможность высказаться на наболевшую тему. А полноценное драматургическое произведение отличается смысловой нагрузкой каждой сцены. Если актер появляется под светом рампы, то с конкретной целью, которая влияет на сюжет и на остальных персонажей. В «Горе от ума» очень много сцен, чрезвычайно важных для Грибоедова, но не для сюжета. Увлекаться такими сценами для постановщика означает рисковать динамикой действия.

Многие ли режиссеры позволяли себе вторгаться в текст Грибоедова?
– Это вполне нормальная практика. Пьеса – это не оперная партитура, от которой нельзя отступать ни на шаг. Нами было проведено исследование истории предыдущих постановок «Горя от ума» – это гигантский массив информации. В итоге я пришел к выводу, что все и всегда делали с текстом «Горе от ума» что им заблагорассудиться: сокращали, всячески выкручивали и чуть ли не дописывали. Мы, повторюсь, подошли к первоисточнику очень деликатно. Наша постановка, разумеется, не будет идеальной: для такой постановки нужны либо идеальные условия, либо падение счастливой звезды, но что-то определенно покажется зрителям удачным.

Какими сценическими средствами будет проводиться упомянутая актуализация?
– Место действия будет неизменным на протяжении обоих актов – подземная парковка в элитной новостройке. Прежде чем прийти к этому сценографическому решению, мы перепробовали массу вариантов, было разработано около десятка полностью готовых сценических концепций. Осовремениванию подверглись также костюмы действующих лиц. Не менее многотрудным оказался выбор исполнителя главной роли. Мы работали со множеством актеров, в том числе с Вячеславом Хахалкиным (рэпером Сявой), но по итогам кастинга остановились на Сергее Деткове.

Почему «Горе от ума» было решено ставить именно в Театре-Театре, а, например, не на площадке «Сцены-Молот»?
– Спектакль идеально подходит для Театра-Театра как «градообразующего» учреждения культуры. В таких театрах, по моему мнению, обязательным элементом репертуара должны быть произведения школьной программы – основополагающие для культурного воспитания любого человека. «Горе от ума» – одно из таких произведений. Я бы даже отдал ему звание «лучшего из лучших» или по крайней мере позволил бы ему разделить верхнюю ступень пьедестала почета с «Евгением Онегиным». Все они – про нас и наше время. Кажется, ничего не изменилось с тех пор, несмотря на то, что уже нет дворян, крестьян и сопутствующих исторических обстоятельств. Я надеюсь, что мы попали в точку и сможем донести эту простую мысль до зрителя.

Поделиться:
Все новости компаний