Газета
 18 января 2010, 13:20   1603

Со стульчика в кресло

Со стульчика в кресло
Новый худрук Лысьвенского театра драмы и постановщик рэп-драмы «Засада» Юрий Муравицкий рассказывает о своих первых впечатлениях, первых конфликтах, первых спектаклях и планах на будущее.

Юрий, расскажите о своем спектакле «Засада», который вы поставили в новом пермском театре «Сцена-Молот».
– Эту работу я очень люблю. Работать над этим материалом начали достаточно давно, в феврале прошлого года. Показали демо-версию на фестивале «Новая драма» и потом репетировали его до декабря. Начинался спектакль как драма с тремя персонажами: пермский рэпер Сява и еще два музыканта, которые выступают с ним, – Сержаня и Сиплый.
Летом в Пермь приезжала замечательный хореограф Алида Дорз, и весь июль мы репетировали уже в расширенном составе. Спектакль приобрел невероятную энергетику за счет элементов брейк-данса и стал больше похож на рэп-мюзикл.
История, рассказанная в спектакле проста: пацан просыпается утром в собственной квартире и пытается вспомнить, что случилось с ним накануне и почему с ним рядом пакет с травой и пистолет. На первый взгляд сюжет может показаться несложным, но на самом деле это глубокие размышления о душе, о выборе, который каждый делает в жизни.
У меня уже был опыт работы с рэп-музыкой. Мы делали с рэпером Егором «Психом» в Москве проект, который назывался «Кубик Рубика». Он читал свои тексты, а с ним рядом был музыкант, который импровизировал на трубе. У них был такой своеобразный диалог, только каждый разговаривал по-своему.
Юрий, Вы ведь карьеру начинали как актер?
– Да, в 1999 году я окончил Воронежскую государственную академию искусств, актерский факультет. Три года работал актером в Самарском академическом театре, потом поступил на режиссуру.
Как происходил этот переход от актера к режиссеру? Актерский опыт пригодился Вам в режиссерской деятельности?
– Если режиссер имеет актерский опыт и образование, то это безусловный плюс. Для того чтобы руководить процессом снаружи, полезно и правильно знать процесс изнутри.
Актер – профессия во многом безответственная, актер что угодно может себе позволить, все претензии всегда предъявляют режиссеру. Ведь как говорят: спектакль прошел хорошо – молодцы актеры, прошел плохо – виноват режиссер.
Для меня процесс перехода был достаточно сложным. Мне даже мой педагог Михаил Борисович Борисов говорил: «Юрий! Тебе пора пересаживаться с актерского стульчика в режиссерское кресло». Это он мне внушал в течение двух курсов, пока я учился в Москве на режиссера и снимался в отечественных сериалах как актер.
И я начал режиссерскую практику – поставил очень интересный проект по драматургии древних инков в клубе индийской культуры «Матэ». Потом было еще несколько проектов в Москве. Дипломный проект у меня был спектакль по пьесе Замятина «Блоха», после этого я еще два года стажировался на кафедре режиссуры.
Первой моей серьезной работой в репертуарном театре стала постановка «Принцессы Турандот» в Омском академическом театре драмы. Мой последний опыт работы с классикой – это «Игроки» Гоголя в том же Омске.
Действие «Принцессы Турандот» и «Игроков» вы перенесли в другое временное пространство. Это режиссерское желание осовременить классику?
– Если «Принцесса» мною помещена в конкретное время – это будущее после глобальной катастрофы, то «Игроки» – это история вне времени. Костюмы максимально нейтральные, и оформление сцены тоже условное. Декорации представляют собой клетку – такой огороженный квадрат, в котором и происходит эта история, у которой нет конкретного адреса.
Но для меня это не прием осовременивания. Я всегда пытаюсь почувствовать материал и через него дать ощущение сегодняшнего времени. В каком бы году пьеса ни была написана, пусть даже это древнегреческая трагедия, я все равно попытаюсь найти в ней сегодняшнюю проблематику, язык, атмосферу, ощущение. Стараюсь понять, как сегодня люди могли бы вести себя в этой ситуации. И для меня это наиболее интересно.
Чем привлекла Вас должность художественного руководителя Лысьвенского театра?
– Причин, по которым я принял это предложение, много, но основной мотив такой. Он у меня появился за то время, что я ездил по нашей необъятной родине и ставил спектакли в разных театрах. Я не говорю про Москву, там вообще поставить что-либо немыслимо. Режиссер там все время попадает в идиотскую ситуацию, когда он вынужден бегать за актерами и пытаться любыми способами собрать их на репетицию.
Когда я работаю приглашенным режиссером и приезжаю, допустим, первый раз в город, то у меня всего два месяца на постановку. Первые недели я трачу на то, чтобы найти общий язык с актерами, последние недели – это выпуск спектакля, когда собственно работой с актерами заниматься некогда. Получается, на работу остается три недели. В моем понимании за три недели спектакль поставить нельзя. Это более тонкий и сложный процесс, если мы говорим о театре, а не о его профанации. Если я как режиссер чувствую направление, в котором мне хотелось бы двигаться, то мне нужны актеры, с которыми я нахожусь достаточно продолжительное время вместе и с которыми я уже нашел общий язык. Вот тогда спектакль получается действительно полноценным. Это основной мотив, по которому я принял предложение работать в Лысьве.
В принципе, делать театр – это то же самое, что делать спектакль, только масштабы больше. Это очень интересный творческий процесс.
У меня были и другие предложения, но я осознанно выбрал именно Лысьвенский театр, потому что считаю его перспективным.
А Вас не испугало, что Лысьва – маленький провинциальный город?
– Нет, я всю эту ситуацию воспринимаю как некий вызов. И мне самому интересно, смогу ли я преодолеть все эти обстоятельства. Я родился не в столице, поэтому не делю людей на провинциальных и не провинциальных. И не думаю, что есть большая разница между людьми в Москве и Лысьве. Другой вопрос, что, допустим, процентное соотношение некоей прослойки людей, что-то понимающих в современном театре, в Москве больше, потому что там людей больше.
Вы работаете художественным руководителем три месяца – и уже первый конфликт – из Лысьвенского театра ушел директор. Почему?
– По своей структуре театр был директорский. Сейчас театром управляет художественный руководитель. По сути, Лысьвенский театр сейчас вернулся к той системе, которая существовала, когда им руководил Анатолий Афанасьевич Савин.
В процессе таких изменений всегда возникает вопрос: сможет ли человек, который был первым лицом в театре, как-то адаптироваться к ситуации, когда он перестает быть главным. От решения этого вопроса зависело: сработаются ли директор и художественный руководитель. Мы не сработались, он ушел по соглашению сторон. Кто будет новым директором, пока еще не ясно.
Добавлю, что с прошлым директором я искренне хотел сработаться.
А за кем останется решающее слово в выборе нового директора?
– Решать буду только я, и это моя принципиальная позиция. Мне всего 31 год, но я не хочу тратить ни одного месяца своей жизни на реализацию чужих амбиций. Я сам человек достаточно амбициозный, несмотря на то что из Москвы уехал в Лысьву. И директор в театре будет такой, какой необходим мне. Это должен быть грамотный менеджер, это должен быть театральный человек, и у него должно быть еще много качеств, которые важны лично для меня и для театра. Если найду такого человека в Лысьве, я буду просто счастлив. Не найду – тогда придется искать в Перми, Москве, в других городах. Хороший театральный менеджер – редкость.
Лысьвенский театр имеет давние и крепкие традиции работы с классикой. А Вы считаетесь режиссером, близким к течению «новая драма». Как Вы будете строить репертуар?
– В Лысьве я намерен ставить современную драматургию, к тому же в городе есть большой интерес к этому. На базе Лысьвенского театра второй год подряд проходит фестиваль современной пьесы в формате work-in-progress (что означает: в жанре экспресс-читок) под руководством известного российского режиссера Олега Лоевского, создателя творческой мастерской «Молодая режиссура и профессиональный театр».
Сейчас мы доделываем три эскиза, которые были показаны на фестивале в 2009 году, и выпускаем спектакли. Это замечательная французская пьеса «Две дамочки в сторону севера», автор Пьер Нотт. Премьера этого спектакля уже прошла у нас в октябре-ноябре прошлого года, в пьесе замечательно сыграли заслуженная артистка России Клавдия Савина и Нина Ахтырская.
Несколько раз мы показывали зрителям эскиз по пьесе «За линией» современного автора Ярославы Пулинович. Молодые артисты театра сыграли пятилетних детей, предоставленных самим себе и живущих своей отдельной от взрослых жизнью. Пьеса вызвала большой интерес, и мы решили довести ее до полноценного спектакля, будем над этим работать в новом году. Также в наших планах выпустить спектакль «Ночь Гельвера», которую написал польский драматург Ингмар Вилквист.
Классику тоже не забудем, у нас уже готов спектакль по Юджину О’Нилу «Любовь под вязами», планируем начать репетиции «Утиной охоты» Вампилова. Ее будет ставить Алексей Курганов, сейчас он живет в Москве, раньше жил и работал в Перми.
Говорят, Вы открыли в помещении театра киноклуб?
– Да, мы вообще активно осваиваем пространство театра и, прежде всего, подвал – там мы проводим выставки. Первая выставка была «Вектор Перми», потом мы сделали выставку «митьковских» художников, которые изображали этикетки алкогольных напитков прошлого века. В организации выставок мы активно сотрудничаем с Пермским музеем современного искусства.
Мы действительно открыли в помещении нашего театра киноклуб. Он называется «25-й час» и первый фильм, который мы там показали, называется «25-й час». Этот фильм независимого американского режиссера Спайка Ли меня в свое время просто потряс.
После этого мы запустили в прокат фильм братьев Коэн «После прочтения – сжечь», дальше делали специальные показы с обсуждениями. Сейчас мы будем показывать лучшие фильмы фестиваля «Флаэртиана». В этом нам очень помогает Павел Печенкин, президент «Флаэртианы».
Я на киноклуб делаю очень большую ставку. Для меня кино – это мостик к зрителю. Когда люди смотрят одни и те же фильмы, у них вырабатывается общий язык.
Люди ходят к вам на эти сеансы?
– Да, начинают ходить, и в основном это, конечно, молодежь. И это здорово, потому что эта целевая аудитория была абсолютно потеряна для театра. Люди, которым сейчас около 20 лет или немного больше, мне кажется, просто потеряли всякую надежду увидеть в театре то, что непосредственно касается их жизни, их проблем. Сегодня у нас появляется возможность вступить с ними в диалог, а это очень важно.

Справка «bc»
Юрий Муравицкий. В 1999 году окончил актерский факультет Воронежской государственной академии искусств. С 1999-го по 2002 год работал актером в Самарском академическом театре драмы им. М. Горького. В 2006 году окончил режиссерский факультет Театрального института имени Б. Щукина при Государственном театре имени Евг. Вахтангова (курс М. Б. Борисова). Режиссер и драматург, автор спектаклей в московских театрах – «Театре.doc» и Центре драматургии и режиссуры А. Казанцева и М. Рощина. Директор Международного фестиваля уличного искусства «Открытое небо». С октября 2009 года – художественный руководитель Лысьвенского театра драмы имени А. Савина.

Поделиться:
Все новости компаний