Газета
 26 октября 2009, 13:20   1086

Сделано в Германии

Сделано в Германии
Немецкий журнал «Шпигель» опубликовал текст о Перми, его перевод был напечатан на сайте Музея современного искусства. При всем уважении к коллегам из Германии иначе как «клюквой» это не назвать.

Пермь просыпается, собираясь оставить позади темную историю и стать международным культурным центром.
И не только благодаря своему мрачному музею ГУЛАГа, который привлекает туристов, но и благодаря галереям, постройкам со времен Сталина, в настоящее время ставшим музеями, балету мирового уровня, а также авангардному театру, расположенному перед развалинами оружейных заводов. Город с запоминающимся прошлым и еще более удивительным будущим.
Русский журнал «Афиша» присвоил Перми звание «Город года». Главный московский галерист Марат Гельман говорит, что по крайней мере через год Пермь станет новой культурной столицей – если она сейчас еще не является таковой, опережая Москву и Санкт-Петербург, которыми уже насытились и которые расслабились за именами своих достопримечательностей. Художественный критик газеты New York Times, находясь под впечатлением от развития авангарда в Перми, отмечает «буйство красок» и идей.
 Тот, кто прогуливается по городу на Каме, может встретить Томаса Кренса, бывшего директора фонда Гуггенхайма, находящегося в поисках выставочных залов и новых партнеров. Или же архитекторов солидной голландской фирмы КСАР, которая по заказу местных политиков занимается градостроительством. «В Пермь! В Пермь!» – кажется, все чаще твердят московские деятели искусства. Они устремляются на Урал, будто существует некий приз за то, чтобы возразить великому Чехову.
Но почему же? Как случилось, что гадкий утенок превратился в красивого лебедя? Кто же сотворил с городом эти чудеса, что бы он посоветовал городам-побратимам во всем мире, как, например, мегаполису в Рурской области – Дуйсбургу?
Здание администрации все еще покрыто коммунистической плесенью. Но все же потом гостя встречает вовсе не «вчерашний» человек – Олег Чиркунов, глава региона, светский человек. Необычен и его подход к работе. После вступления в должность губернатора в 2005 году он четко определил все достоинства и недостатки Перми. И получил ужасающий результат: городу с почти миллионным населением угрожал драматический упадок; оружейные заводы были на грани закрытия; общественные здания были близки к разрушению; хорошие отели и рестораны отсутствовали.
Образ Перми как центра ГУЛАГа и оружейного мастера мало способствовал тому, чтобы привлекать туристов в город, расположенный в 1386 км и в двух часовых поясах от Москвы. Тогда помогло то, что нашлись ценители, которые восхищались идиллистическим местоположением мегаполиса на реке, красотой близлежащих лесов и гор. «Мне сразу стало ясно, что нужно что-то радикально менять», – говорит Чиркунов. – Перми нужна новая постсоветская идентичность, ей нужны постоянные центры, привлекающие туристов. Она должна открыть себя заново. Только как?» Губернатор вскакивает с места и возвращается с кипой документов: многочисленные планы, четко распределенные по папкам.
«Мы думали о том, чтобы создать новые ведущие университеты с профессорами высшего класса, а также современные больницы. Все важно, безотложно, но все дорого. Вопрос стоял в том, как быстро можно было бы изменить Пермь, исходя из имеющихся инвестиций. Мы решили из позавчерашнего промышленного города создать город интеллектуалов и художников-авангардистов. Пермь должна стать центром, куда стекаются лучшие умы – таково наше видение».
Так, поверив в себя, губернатор принялся за большую переделку. В качестве меценатов он заполучил несколько очень богатых людей: московского сенатора и любителя архитектуры Сергея Гордеева, а также алюминиевого магната Виктора Вексельберга. А с того времени, как концерн «ЛУКОЙЛ» основал штаб-квартиру в Перми, город приобрел богатого налогоплательщика.
Он знает, что некоторые упрекают его в расточительстве в эти сложные времена. «Главная цель состоит в том, чтобы превратить наши слабые места в сильные», – говорит Чиркунов. В некоторых направлениях это удалось: посередине серой северной части города, среди безнадежности и уныния гигантского ржавеющего оружейного предприятия был открыт Мотовилихинский музей под открытым небом. Там выставлена практически вся техника, которой гордился Советский Союз. Она находится в свободном доступе для всех желающих: мальчики забираются на танки, маленькие девочки позируют на фоне межконтинентальных ракет. Это самое живое «кладбище» холодной войны.
Следующее городское пятно позора между тем стало культурной достопримечательностью и является, даже в большей степени, чем военный музей, местом встречи горожан – Речной вокзал на берегу Камы, построенный во времена Сталина. До недавнего времени только паразиты ползали по обветшалым стенам: старый причал с колоннами в стиле классицизма был недоступен общественности. После реставрации там открылся Пермский музей современного искусства под руководством Марата Гельмана. Галерист продал половину своей знаменитой московской галереи и переехал в Пермь. «Здесь увлекательнее», – говорит он. – Пермь – это не провинция. Пермь – это прорыв».
Его первая выставка имела оглушительный успех, лозунг «Русское бедное» стал модным словом в период экономического кризиса, а также излюбленной рифмой интеллигенции, сбитой с толку. 36 художников представили 120 работ, выполненных из таких материалов, как мусор, металлолом и других «бедных» материалов. После премьеры в Перми экспонаты были отправлены в Санкт-Петербург и Москву и вскоре должны быть выставлены также в Милане и Нью-Йорке.
Долгое время набережная с полуразрушенным причалом воспринималась местными жителями и немногими гостями города как опасный «запретный» район с уличными шайками. Сейчас вокруг музея сложилась мирная городская атмосфера – желаемый «побочный» эффект культурного возрождения. В летних кафе продают шашлык пенсионерам, дискотеки привлекают молодежь.
Но Перми есть еще что показать: недалеко от отреставрированного здания ресторана «Доктор Живаго», которое являлось прототипом дома, описанного в романе Бориса Пастернака, лауреата Нобелевской премии по литературе, сейчас находится первый в России памятник поэту, которого при жизни подвергали гонениям.
Молодежь скорее собирается на фестивалях, которые проходят каждые два месяца, принося на Урал дыхание «Вудстока».
Общественные дискуссии в городе не выглядят напряженно – будь они в кафе на ул. Сибирской, где первый западный дизайнер Ermenegildo Zegna открыл свой бутик, или в ирландском пабе, или же в одной из многочисленных пиццерий, находящихся в центре города, или в тату-салоне «Экстра», или на лужайке перед входом в университет, где все еще улыбаются друг другу статуи Ленина и Сталина.


(текст приводится с сокращениями)
 

Поделиться:
Все новости компаний