Газета
 29 сентября 2008, 00:00   864

Русское, невредное

Русское, невредное
Интервенция Гельмана и Гордеева в культурное пространство Перми оказалась не такой уж и страшной.
Интервенция Гельмана и Гордеева в культурное пространство Перми оказалась не такой уж и страшной.

Свершилось! Выставка, о необходимости которой так долго говорили Сергей Гордеев, Олег Чиркунов и Борис Мильграм, открылась.
О решении устроить в речном вокзале выставку современного искусства под названием «Русское бедное», которая затем бы путешествовала по миру как «пермская выставка», жители Перми узнали этим летом. Идею, принадлежавшую сенатору Сергею Гордееву, горячо поддержала краевая власть, и за минимально короткий срок она была воплощена в жизнь с помощью куратора выставки – известного московского галериста Марата Гельмана. Таким образом, пермское культурное сообщество оказалось как бы отодвинутым от привычных ритуалов долгих «встреч и обсуждений с общественностью». К тому же участниками выставки стали художники из разных городов России, но только не из Перми – у нас просто нет авторов, работающих в этой манере. Это давало возможность предположить, что у подобного искусства нет (а возможно, и не может быть) оснований для того, чтобы его восприняли (и приняли) жители достаточно консервативной Перми.
Таким образом, и город, и его культурное сообщество неожиданно для себя столкнулись с совершенно новой технологией внесения и укоренения культурных ценностей в уже устоявшуюся среду. Все это породило различные толки и дискуссии, одна из которых произошла на круглом столе, посвященном проблемам культуры, в рамках IV экономического форума в Демидково. Известный филолог и культуролог Владимир Абашев упрекнул Марата Гельмана, назвав выставку «Русское бедное» «культурной интервенцией». Завязавшуюся после этого активную перепалку между московскими экспертами и пермскими представителями культуры пыталась утихомирить Анна Гор, руководитель программы «Культурная столица Поволжья». Она предложила считать это явление не «интервенцией», а «вбросом». Но тут масла в огонь подлил министр культуры Пермского края Борис Мильграм, завив, что знаменитый пермский балет – это тоже культурная интервенция: его тоже привезли в Пермь, никого не спрашивая. Но оставим игру в дефиниции специалистам.
Сегодня каждый уже сам может оценить, близко ли ему это искусство или нет. Одно бесспорно: идея выставить все это «бедное» искусство в речном вокзале была правильной. У пермяков, привыкших к маленьким выставочным залам и густо завешанным картинами стенам, просто глаз отдыхает на просторных помещениях вокзала. Кроме того, многие инсталляции выставки так велики, что просто никуда бы больше не поместились. Да и воспринимать «бедное искусство» лучше, когда его работы соседствуют с себе подобными.
Самые мрачные предсказания, к счастью, не оправдались: на выставке нет ничего безобразного или сверхэпатажного. Напротив, большинство работ наполнены своеобразным (не без примеси «черного») юмором. Особенно это относится к работам Ольги и Александра Флоренских из серии «Скелеты разных животных». В ней, например, представлены: скелет электрического ската, заканчивающийся проводом, включенным в электророзетку, и скелет слона с хоботом из водосточной трубы. Любопытство – это первое чувство, которое приходит во время прогулок по залам выставки. Одни работы вызывают удивление, другие некоторое смущение, третьи вообще смешанные чувства радости и тревоги. А способность художественного произведения вызывать эмоции собственно и является неотъемлемой частью настоящего искусства.
Удивительно, но все работы выставки действительно очень русские. Художники используют простые, но при этом знаковые для нас материалы, тем самым апеллируя к общим российским архетипам и к личной истории каждого. И это не может не найти отклика у зрителя. Так, например, работа Хаима Сокола, где в цинковом корыте стоят бруски темного хозяйственного мыла, изображающие дома, а вокруг множество человечков – пластмассовых солдатиков, пытающихся ввинтиться в стенки корыта или в домики-мыло.
По отзывам посетителей, первая улыбка от пришедшей на ум известной народной поговорки про «без мыла… влезет» сменяется непонятной тревогой. И тут замечаешь, как поставлены маленькие лампочки, освещающие корыто, – как лагерные прожекторы. Как мрачновато выглядит вода на дне корыта, в ней непременно растворятся эти домики из мыла. Да и сами куски хозяйственного мыла давно и прочно ассоциируются в сознании большинства взрослых россиян с войной, разрухой, дефолтом и кризисом. Именно такая многослойность образов и исторических знаков возникает от просмотра почти каждой работы, стоит задержаться перед ней хоть на минуту. Но описывать все работы – значит испортить впечатление от просмотра. Также впереди и более подробные оценки влияния выставки на художественную и общественную жизнь города. Пока она только открылась. Отметим, что после просмотра выставки настроение значительно улучшается.
Работать «Русское бедное» в речном вокзале будет без выходных в течение одного месяца.
Поделиться: