Газета
 25 августа 2008, 00:00   883

«Депрессивный – это клеймо»

«Депрессивный – это клеймо»
Заместитель председателя Правительства Пермского края Яков Силин – о развитии территорий, жалобах на тяжелую жизнь, деликатности взаимодействия с крупными предприятиями и сравнении Перми и Екатеринбурга.
Заместитель председателя Правительства Пермского края Яков Силин – о развитии территорий, жалобах на тяжелую жизнь, деликатности взаимодействия с крупными предприятиями и сравнении Перми и Екатеринбурга.

Яков Петрович, когда Вы принимали предложение перейти на работу в Правительство Пермского края, наверняка имели свое видение того, какой будет эта работа. Насколько ожидания совпали с реальностью и какова, на Ваш взгляд, специфика работы в органах власти Прикамья?
– Как я и ожидал, работа здесь напряженная и интересная. Напряженный ритм и нацеленность на результат я бы и отнес к специфике края. У меня большой опыт работы в органах власти. Во многих регионах я бывал в командировках, но далеко не везде можно увидеть, чтобы решались столь серьезные задачи, как в Пермском крае. Далеко не везде у чиновников такой плотный рабочий график и такой высокий уровень персональной ответственности, как здесь. Задачи перед Правительством ставятся солидные, и ответственность за их выполнение высока.
В ближайшее время исполнится 100 дней с момента Вашего назначения на пост вице-премьера. И уже можно подвести первые итоги деятельности. Что намечали на этот период работы и что достигнуто?
– Целью номер один являлось вхождение в курс дела, в существующие проблемы. Непростая задача, ведь блок, за который я отвечаю, а это развитие территорий, в таком виде создан впервые, много приходится организовывать, выстраивать. Кроме того, блок объективно «завязан» и на процесс, и на результат деятельности любого другого блока Правительства. Наша тематика переплетается и тесно взаимосвязана. Поэтому и ответственность очень большая, и поле для деятельности. Я ставил себе задачу вхождения в эти проблемы и максимального погружения в ситуацию в территориях края. Считаю, что в общем ее можно считать выполненной. Пожалуй, главное, чего пока не хватает, – это времени.
И как Вы оцениваете эту ситуацию? Много ли территорий, которые принято называть депрессивными?
– Категорически не согласен с этим термином. Да, есть города и районы, имеющие проблемы, но зачем же на них ставить клеймо! Ведь «депрессивный» – это именно клеймо, получив которое, и работать-то не хочется! Возьмем для примера Губаху. Много в городе проблем, но немало и позитивных моментов. Здесь отлично работает ОАО «Метафракс», инвестирует в производство, решает социальные вопросы. И задача местной власти использовать подобные плюсы для решения стоящих перед территорией задач и существующих проблем населения.
Мы анализируем проблемы, совместно с муниципалитетом смотрим, за счет чего их можно решить.
Губахе с «Метафраксом» действительно повезло, но ведь на всех таких промышленных гигантов не напасешься.
– Естественно, но ведь власть в состоянии создавать выгодные условия для привлечения бизнеса в территории. Надо уметь находить общий язык с инвесторами, большими и малыми, ценить то, что есть, и развивать имеющийся потенциал территории. Давно пора прекращать жаловаться на тяжелую жизнь и обстоятельства – это проще всего. У всех без исключения муниципальных образований края есть возможности для перспективного развития. Только они разные, на местах это должны правильно оценивать и системно двигаться вперед.
Даже в Кизел или Гремячинск?
– Конечно! Вы совершенно правильно отмечаете эти территории, ситуация там действительно сложная. Отток населения из Гремячинска и Кизела составил 25–30 %, и ведь уезжали, как правило, самые работоспособные. Сейчас Правительство края вместе с муниципальной властью создают условия, чтобы развивалась экономика, открывались новые производства и людям было где работать. Мы помогаем в решении важных для любого предпринимателя вопросов: отвод земли, выделение площадки, ускорение процедур согласования проектов и т. п. И сейчас там создается несколько компаний, связанных с лесопромышленным комплексом, с производством строительных материалов. Я специально привожу в качестве примера сложные территории, чтобы стало очевидно: проблемы можно и нужно решать. Сейчас мы пытаемся сформировать системный подход к изменению ситуации. Конечно, не все хорошо, но прогресс есть. В целом же напомню, что по решению губернатора края Олега Чиркунова наиболее крупные инвестпроекты сопровождаются Правительством края от начала до конца.
А если вернуться к роли крупных предприятий, какой Вы видите систему отношений с ними, насколько активно бизнес должен участвовать в решении социальных проблем территорий?
– Сотрудничество с бизнесом необходимо, и примеров хорошего взаимодействия в Пермском крае немало. Предприятия системы «ЛУКОЙЛ», Чусовской металлургический завод, уже упоминавшийся «Метафракс», и список этим, конечно, не ограничивается. Моя позиция в этом вопросе проста: бизнесменам наивно надеяться, что бедное население будет хорошо работать на их предприятиях, помогая собственникам получать прибыль. В территориях, где эти предприятия являются градо-образующими, на них лежит повышенная ответственность. Уверен: бизнес обязан совместно с властью решать социальные проблемы. Но, безусловно, давить и заставлять мы не имеем права, вопрос этот достаточно деликатный. Наилучшее решение – это добровольное частно-государственное партнерство на основе взаимной выгоды и общей ответственности.
Как Вы оцениваете систему взаимодействия с муниципалитетами края, которая действует сегодня? Можно ли говорить о вертикали власти?
– Вертикаль власти прописана в Конституции страны, и она, конечно же, в стране есть. Но я понимаю, почему вы задаете этот вопрос. Хочу совершенно ответственно сказать: краевая власть не ставит задачу подчинения муниципалитетов, мы не собираемся вмешиваться в их полномочия и ответственность. Но при этом у нас, безусловно, есть финансовые рычаги, чтобы влиять на ситуацию. Прежде всего, через бюджетную систему. Например, через Фонд софинансирования расходов (когда на каждый рубль муниципальных инвестиций выделяется три рубля из краевого бюджета). Задача – выстраивание работы на принципах взаимовыгодного сотрудничества. Да, край жестко спрашивает, но ведь, с другой стороны, мы и не заставляем никого участвовать в совместных проектах, деньги на которые идут из Фонда софинансирования. Хочешь решать социальные проблемы муниципалитетов – работай в тесном контакте с краевой властью, но будь готов к жесткому контролю. И, знаете, я претензий по поводу этого контроля со стороны глав не слышал, скорее они просят быстрее решить организационные вопросы и ускорить все процедуры, от которых зависит финансирование. Инициативные руководители муниципалитетов добиваются лучших результатов – это аксиома.
Насколько территории готовы развиваться в рамках общей стратегии, которой придерживается регион? Все-таки Олег Чиркунов часто выдвигает достаточно неординарные идеи, готовы ли к их реализации на местах?
– Конечно, все мы разные, со своим опытом работы, взглядом на жизнь. Но не думаю, что в районах есть несогласие или непонимание происходящего. Главы видят, сколь серьезные суммы сегодня выделяются муниципальным образованиям на социальные проекты, и отдают отчет, что большие деньги – это и большая ответственность. Кстати, Фонд софинансирования расходов, из которого в Пермском крае выделяются деньги на строительство и ремонт дорог, школ, больниц, учреждений культуры, для России вещь уникальная. На сегодня он аккумулировал порядка 7,5 млрд рублей. Сумма колоссальная. Думаю, с Прикамьем по объему социальных инвестиций в решение местных проблем мало кто из регионов России может сравниться.
Как Вы оцениваете начавшиеся процессы объединения поселений? Намерена ли краевая власть ускорять этот процесс?
– В Пермском районе решение об объединении приняли 8 поселений. Процедура соответствовала закону, прошли референдумы среди жителей. И рядовые граждане, и местная власть посчитали, что, объединившись, поселения станут жить лучше. Им, как говорится, виднее. Работа по объединению в Пермском районе шла несколько лет, поэтому ни о какой спешке речи не идет, все происходило совершенно осознанно. Искусственно мы эти процессы инициировать не намерены, но и палки в колеса вставлять тоже не будем. Любой однобокий подход здесь только повредит. Прошедшие объединительные процессы объективны и прошли по инициативе жителей. Однако мы не будем поддерживать подобные процессы только ради удовлетворения амбиций кого-то из руководителей муниципальных образований (там, где есть конфликты глав районов и городских поселений). Они обязаны работать в интересах населения, уметь договариваться.
В вопросах переселения отдаленных поселений позиция краевой власти более активна?
– Оцените: только в муниципальных районах края поселений с численностью менее 100 человек – порядка 2,5 тысячи. Все их надо переселять? Нереально, да и не нужно. Нам важно наличие двух условий – это желание жителей и готовность местной власти. Если эти факторы присутствуют, край будет включаться в процесс. Сейчас идет работа по переселению деревни Сибирь Усольского района (здесь проживает 11 человек), подготовлена документация по поселку Талый Александровского района (111 человек), есть предложения и по ряду других районов. Но никакого массового переселения не будет, ведь это вопрос не только финансовый (организовать переезд довольно дорого), но и нравственный (многим людям, особенно пожилым, покинуть родные места очень сложно). Должно быть желание самих жителей, причем всех, проживающих в конкретном поселении. Особо отмечу, что должно быть именно желание переехать, а не спекулировать на переезде, пытаясь решить свои финансовые проблемы.
Принципиальная позиция не в том, чтобы в муниципалитетах подталкивали людей переселяться, а в том, чтобы здесь создавали условия для жизни, решали социальные вопросы. На местах должны конкурировать за жителей.
На какой стадии разработка рейтинга муниципалитетов по самообеспеченности?
– Подготовка рейтинга вышла на финишную прямую, он будет готов к концу августа. Среди муниципалитетов должна быть позитивная конкуренция, а рейтинг, основанный на четких критериях, таких как изменение численности населения, налоговые платежи, инвестиционная деятельность, позволяет сделать такую конкурентную борьбу честной и прозрачной. Кстати, хочу обратить внимание, что для увеличения уровня самообеспеченности будет введено в том числе и стимулирование глав муниципальных образований.
В Коми округ по различным статьям расходов вкладываются огромные средства. На Ваш взгляд, когда эта территория перестанет быть депрессивной, за счет чего? Или округ всегда будет «больным ребенком», постоянно требующим помощи и поддержки?
– Давайте определимся с терминологией. Коми округ – не депрессивная территория, это район со спецификой экономического и этнокультурного развития, со своими специфическими проблемами, но и преимуществами тоже. Теперь что касается «вечно больного ребенка». Нисколько не преувеличивая скажу: уже сейчас там ситуация нормальная. Приведу такой пример: за 3 года, прошедших с момента объединения округа и Пермской области, доходы бюджета только Кудымкарского района выросли с 240 до 600 млн рублей. У всех семи муниципалитетов КПО бюджеты возросли в два и более раза. Разве это финансовые показатели, характерные для кризисной ситуации? Конечно, есть проблемы у Коми округа, и не случайно мы включаем его во все региональные программы. Многие муниципальные главы активно включаются в эти процессы, работают, но нам бы хотелось, чтобы таких руководителей стало больше. От их инициативы сегодня зависит уровень развития территорий округа.
Может ли Коми округ жить не только благодаря бюджетным вливаниям, но и за счет собственных сил?
– Уверен, в Коми округе есть все условия для нормальной жизни, для ведения бизнеса. У этой территории очень хорошие перспективы, важно, чтобы местные главы это понимали и создавали все условия для открытия здесь производств. Предприятия уже создаются, и убежден, что этот процесс продолжится. Этот год показывает, что в каждой территории округа идет устойчивый рост основных экономических показателей, перевыполняются бюджеты. Да и из бюджета края поступают дополнительные средства, в том числе через Фонд софинансирования расходов.
Вы работали советником генерального директора Уральской горно-металлургической компании (УГМК). Нет ли сегодня намерений по привлечению этой компании к реализации экономических или социальных проектов в Пермском крае?
– Такие намерения есть, Правительством прорабатываются возможные предложения для УГМК, это именно конкретные бизнес-предложения, а не просто некий «договор о намерениях». Приход УГМК в край стал бы в известной степени знаковым явлением, поскольку это предприятие – образцовая компания для России, не так много найдется крупных структур, ведущих столь активную социальную деятельность.
Есть ли вариант, что кто-либо из Ваших коллег по Екатеринбургу переберется на работу в Правительство края?
– В принципе это возможно. Но этот процесс не простой. Вообще, мое назначение в Правительство края в некоторой степени как лакмусовая бумажка. Все видят, что подобный переезд возможен, что он означает карьерный рост, значит, люди всерьез задумаются, если получат предложения из Перми.
Пермь традиционно сравнивают с Екатеринбургом. И практически всегда это сравнение оказывается не в пользу Перми. В чем наш город способен конкурировать с уральской столицей, почему Пермь проигрывает Екатеринбургу?
– Все не так однозначно. Нельзя самих себя только ругать. Да, Екатеринбург крупнее по численности, там выше промышленный потенциал, на треть больше бюджет. Но, мне кажется, сравнивать города без учета многих особенностей не совсем корректно. У Перми есть шанс, глядя на своего соседа, развиваться и не повторять уже сделанных Екатеринбургом ошибок, а, наоборот, использовать накопленный опыт и свои преимущества, их нужно понимать и использовать активнее.
Поделиться:
Все новости компаний