Газета
 18 марта 2008, 00:00   940

Adverse selection

Adverse selection
В решении кадровых вопросов приходится лавировать между несколькими рисками. И еще вопрос, какой из них опаснее.
В решении кадровых вопросов приходится лавировать между несколькими рисками. И еще вопрос, какой из них опаснее.

Спустя неделю после отставки Правительства в Пермском крае выяснилось, что мы не одиноки. Ингушский президент Зязиков тоже уволил всю исполнительную власть в своей республике. Там, конечно, все очень свое и особенное, но внешняя, доступная публике логика действий главы региона очень похожа. Во-первых, ключевой политический мотив один и тот же: сохранить политическую инициативу (это вообще очень популярный довод – достаточно вспомнить относительно недавнюю замену Фрадкова на Зубкова). Во-вторых, схожесть – до степени смешения – риторики.
Зязиков: «В работе Правительства есть успехи, сделано за этот период много, и это надо отметить, но в то же время часть проблем осталась нерешенной».
Чиркунов: «Правительством и администрацией за время работы сделано многое. Обновление команды должно сделать ее еще более эффективной».
В-третьих, кадровые последствия: как качественно принципиальные можно оценить только смены глав региональных правительств. Про всех остальных остается сказать одно: одни ушли, другие пришли, а в основном просто поменялись местами. Почему так?
Со вторым пунктом все просто: используется общая для всех таких случаев стандартная формула, которая уже стала сакральной. И потому она может означать что угодно или не означать вообще ничего (сопоставление с Ингушетией показывает это очень наглядно, потому что и успешность и проблемность в данных случаях вопиюще разная).
Интересен третий пункт. В пермском случае одно из объяснений лежит на поверхности, а именно в принципиальной управленческой установке главы региона, – менеджеры ценны не доскональным знанием сферы, которую менеджерируют, а умением менеджерировать. Следовательно, нужно просто перетряхнуть команду, освежить видение ее членов тематически новым фронтом работ, и все закрутится еще лучше, чем прежде.
Но может быть и другое объяснение, объединяющее нас даже с Ингушетией. Отсутствие выбора, отсутствие кадрового резерва, невозможность найти качественных (и достойных госслужбы) управленцев, что обычно выливается в пафосно-страдательное: а кого же еще? Все лучшие и так с нами.
С тем, что проблема с кадрами существует, спорить не приходится. Об этом сегодня трубят на каждом углу. Сам Чиркунов об этом недавно публично высказывался. Правда, не по поводу госслужащих, а в связи с нехваткой квалифицированных рабочих, что сильно тормозит экономику региона. Все так. Но дело не в наличии проблемы, дело в том, как ее решать.
Есть веселые предложения. Например, вице-спикер Госдумы Бабаков предложил развивать в стране культ профессионального госчиновника («Хорошо бы без культов», – отозвался Путин.).
Есть более дельные. Глава Перми Шубин совсем недавно заявил, что, возможно, некоторые посты в городской администрации будут заполняться на конкурсной основе. Здесь интересно обоснование: «Естественно, что когда мы ищем людей, то идем по своим знакомым, тем, с кем ранее работали. Таким образом, мы существенно сужаем поле для поиска. Конкурс дает совершенно обратную ситуацию».
Но здесь есть известная ловушка. Управлять процессом можно или посредством условий конкурса, квалификационных требований к кандидатам, условий итогового контракта, в общем, грамотно выстраивая формальную процедуру, не обязательно конкурс, – и тогда могут всплыть новые фигуры; или предварительно вручную сканируя пространство для определения достойных победы кандидатур,– тогда будут все те же лица. Какой вариант у нас чаще работает?
Удивляет, что даже яростные сторонники новомодных экономических и управленческих подходов не решаются до конца положиться на результаты работы формальных процедур, постоянно корректируя их ручным управлением. Понятно, чего они боятся. Если говорить на их же языке (то есть экономическом), то стремятся избежать moral hazard (моральный риск, угроза недобросовестности), когда, упрощая, участники формальной процедуры используют ее для достижения не предусмотренных ею целей (покупаем страховку, а потом инсценируем страховой случай).
Вот только избегая одного
риска, почти неизбежно подвергаются другому, который на том же языке называется adverse selection (неблагоприятный отбор), когда, опять упрощая, на рынке остаются продавцы только плохого товара (риск купить плохой товар снижает цену покупателя, что выдавливает продавцов хороших товаров с рынка). Неблагоприятный отбор – это бич нашей кадровой сферы, ведь профессиональную компетентность можно понимать как рыночный товар-услугу. Проблема в таком случае в асимметричности информации на рынке, а ее ручным управлением не устранить.
Выход – в управлении рисками, еще одной модной экономической штучке. Ведь первого риска все равно не избежать. Его еще называют постконтрактным оппортунизмом, и тут сразу вспоминается уже почти легендарная фраза губернатора: «Законтрактоваться с Правительством и администрацией края на эти три года».
Поделиться:
Все новости компаний