Газета
 17 декабря 2007, 00:00   915

Взгляд со стороны-2

Взгляд со стороны-2
Екатеринбургский политтехнолог Алексей Швайгерт — о гробах и мифологии, о выборах с «пермской спецификой» и характере победы «Единой России».
Автор: Кирилл Перов
Екатеринбургский политтехнолог Алексей Швайгерт — о гробах и мифологии, о выборах с «пермской спецификой» и характере победы «Единой России».

Вызвали ли у Вас удивление результаты выборов в стране и в Пермском крае?
— В целом нет. Кампания прошла достаточно предсказуемо. В конце сентября я комментировал политическую ситуацию в стране вашему изданию и утверждал, что в Государственную думу пятого созыва проходят две «России» — «Единая» и «Справедливая», КПРФ и ЛДПР. Собственно, неожиданностей не случилось. Теперь в России четыре парламентские партии. Сбылись и прогнозы относительно избирательного проекта «Гражданская сила» и партии «Яблоко» — в новой Госдуме их нет.
В Пермском крае основная электоральная интрига развернулась вокруг «Союза правых сил» — повторят ли они триумф 2006 года или проиграют? Проиграли, чуда не произошло. Еще осенью я утверждал, что результаты прошлогодних декабрьских выборов, где СПС набрал достойные проценты, трудно рассматривать как некую закономерность. В политике тяжело добиваться системных побед, легче достигать побед ситуационных, временных (таких как 2-е место СПС в Пермском крае в 2006 году). Поэтому очевидно разочарование тех, кто верил в «волшебство» сетевых технологий. Тяжеловесная мощь настроенной на результат системы в ближайшие несколько лет, видимо, будет побеждать сверхгибкость сетевого способа организации политической борьбы.
Была ли своя специфика в ходе кампании в Пермском крае? Если да, то в чем она выражалась?
— Пермским «единороссам» удалось совершить прорыв: распрощаться со скучной риторикой и стилистикой предыдущих кампаний, отречься от банального желания предъявлять пермякам свои лица с рекламных щитов и плакатов. В нынешних агитационных носителях ЕР в большей степени преобладали графика, смысловое наполнение, символика, нежели изображения. Более того, в Перми «Единой Россией» был реализован весьма широкий спектр вовлекающих технологий и «слухо-разговорных» практик.
На мой взгляд, достаточно успешно «единороссы» провели кампанию «от двери к двери». По моим подсчетам только в Перми численность агитаторов партии могла достигать 4000 человек, а количество устных контактов с избирателями за всю кампанию — не менее 4-х. Это значит, что минимум раз в две недели к избирателю приходил «человек от «Единой России»» с новой информацией, тезисами и аргументами.
Кроме того, ЕР учла ошибки прошлых лет, очевидно, что в этой избирательной кампании контроль пронизывал все уровни принятия и исполнения решений.
Закономерно и то, что ЕР показала во всех районах Перми (за исключением Кировского района, где примерно 3–4 % электората ЕР перетекли к КПРФ из-за активной оппозиционной деятельности Геннадия Кузьмицкого и конфликта вокруг «Пермского порохового завода») практически схожий результат в 53–55,5 %. Более того, если сравнить полученный партией результат с Екатеринбургом и Челябинском, в которых «Единая Россия» традиционно является партией № 1, получается прелюбопытная картина. Так, в Челябинске за ЕР проголосовали 56,5 % избирателей, в Екатеринбурге — 55,7 %, в Перми — 54 % (!). Столь незначительный разрыв с уровнем голосования за партию с соседними городами с миллионным населением может свидетельствовать о безусловном успехе «Единой России» в Перми. Удалось не только максимально мобилизовать свой электорат, но и отчасти заполучить электорат нескольких оппозиционных партий.
Был развенчан и традиционный миф больших городов о вечных депрессивных территориях. Так, Орджоникидзевский район Перми показал второй результат среди семи районов города по уровню поддержки «Единой России». И это несмотря на то, что на части его территории (Кислотные дачи и Чапаевский) велись «военные» действия кандидатов по округу № 8. Стало понятно, что четкая организация агитационной работы по сути превыше любых стереотипов мышления.
В чем причина провала «правых»?
— Как на федеральном, так и на региональном уровнях была выстроена система блокирования всех возможных ресурсов «Союза правых сил». В частности, еще на раннем этапе кампании от СПС были отсечены потенциальные спонсоры. Под силовой и юридический прессинг попадали практически все действия партии. Добавьте сюда мощнейшую антикампанию, развернутую в интернет-изданих, которая частично воспроизводилась и на традиционных носителях: в газетах, на ТВ, радио.
В Пермском крае удалось сделать еще одну немаловажную вещь: понять и разрушить механизм сетевого маркетинга, применяемый политтехнологами СПС. Так, при явке 50–60 % остается еще 40–50 % традиционно неголосующих избирателей. Они невосприимчивы к политической рекламе и агитации. Электоральная опасность состояла в том, что «Союзу правых сил» удастся мотивацией иного рода привести «болото» к избирательным участкам. Это невероятно дорого, но возможно. В 2006 году именно такая мотивация легла в основу феноменального успеха «правых» в Пермском крае. В 2007 году запуск этой схемы был блокирован.
На этих выборах «Союзу правых сил» пришлось много думать и придумывать. В частности, в Перми распространялись агитационные материалы партии, отпечатанные по заказу ее Алтайского регионального отделения. Слышал, что печатная продукция СПС надежно упаковывалась в гробы (!) и таким образом успешно миновала посты дорожно-постовой службы. Ну кто будет вскрывать гробы в поисках агитации, скажите пожалуйста?
Оцените ход кампании по довыборам в Законодательное собрание. Была ли победа Николая Яшина очевидной?
— Кампанию по довыборам депутата Законодательного собрания Пермского края нужно анализировать с нескольких сторон. Так, Вахрин избрал для себя уже традиционный месседж: «За людей! За правду! За справедливость!» Не отличились оригинальностью ни Яшин («Спокойная сила. Пермский характер».), ни Дозморова («Вместе мы сила!»). На мой взгляд, слоганы безумно скучные, банальные, неинтересные избирателю.
В кампании понравилась агрессивная, наступательная позиция Вахрина. В условиях ограниченности ресурсов и возможностей его штаб работал более эффективно, нежели штаб Яшина. Округ «прорабатывался» Вахриным с позиции лидера, а возможность мощно критиковать действия властей только прибавляла ему дополнительные очки.
В кампании Яшина изначально был сильный ход, связанный с «преемственностью» округа № 8 и его назначением исполнительным директором ОАО «Стройиндустрия». Однако оппонентам, на мой взгляд, удалось на первом этапе переиграть штаб Яшина, предложив избирателям свои варианты и версии такой «преемственности». Более того, если обратить внимание на негативную сторону предвыборной борьбы, то будет ясно, что стартовый рейтинг Яшина был системно атакован темами из анонимной газеты, распространяемой в округе. Впрочем, и это важно, вся дальнейшая антикампания в отношении Яшина работала только на него. И в этом подарке со стороны оппонентов нужно разобраться.
Закон жанра гласит, что негативная информация должна вызывать доверие избирателей.
Ошибка 1. «Черная» газета не может быть на 100 % заполнена только компроматом, ложью и грязью. По сути оппоненты «привили» Яшина и с середины кампании его рейтинг приобрел определенный электоральный иммунитет.
Ошибка 2. Антикампания в отношении Яшина с определенного момента превратилась в какой-то «шабаш ведьм», перемешанный со стебом, сарказмом и каким-то дьявольским обличением всего и вся. Скажите, кого из избирателей рассмешил, насторожил или отторгнул от персоны Яшина стикер с обыгранным слоганом «Упокойная сила. Пекинский характер», которым были щедро оклеены практически все лифты, подъезды и почтовые ящики домов, входящих в избирательный округ? А стилизованные под официальную агитпродукцию Яшина плакаты «Собаки за…», «Рыбы за…» и т. д. и т. п.? Нельзя считать избирателей лохами и надеяться на их очевидное понимание подобного рода «креатиффа».
Ошибка 3. Считать избирателей «лохами».
В этом отношении наиболее выгодной можно считать позицию Елены Дозморовой. Но в ее известность и рейтинг, говоря буквально, недоинвестировали. Мог бы быть разыгран классический сценарий, когда двое (лидеры кампании, мужчины) бранятся, а одна («темная лошадка», женщина) побеждает. Непонятно, что помешало штабу Дозморовой реализовать этот вариант развития событий? К тому же в дальнейшем ситуация в округе все более благоприятствовала для продвижения именно такого, альтернативного сценария кампании.
Взлом кода и смена рисунка избирательной кампании в округе № 8 начались примерно за три недели до дня выборов. Сильный ход был связан с демонтажем рекламных щитов Яшина, на которых, говоря откровенно, кандидат выглядел совершенно неубедительно и даже слегка растерянно. Абсолютно правильным явилась «накачка» рейтинга Яшина за счет строгой привязки к очевидно более высокому рейтингу ЕР (через рекламные щиты, распространение флаеров, тематическую расклейку). Этот же ход позволил мобилизовать огромную часть неопределившихся избирателей, для которых отождествление Яшина с ЕР позволило наконец-то определиться и с их личным выбором.
Кроме того, судя по одной из листовок Вахрина, в отношении него была оперативно развернута полноценная антикампания, включающая в себя регулярный выпуск информационного носителя с компроматом и проведение «кривых» социологических опросов. Думаю, что под напором новых факторов и тем рейтинг Вахрина стал постепенно снижаться.
Прокомментировать снятие с выборов Вахрина я могу лишь с точки зрения независимого политтехнолога: кампания попросту утратила интригу, соревновательность, неочевидность результатов. Думаю, что многое бы зависело от дня выборов и способности штабов мобилизовать своих сторонников.
Уверен, что в ситуации «без Вахрина» Яшину требовалось набрать более 50 % голосов избирателей для того, чтобы доказать легитимность своего избрания. Это сделать удалось.
Но наверняка более интересен вопрос, куда распылился рейтинг Вахрина? Думаю, что порядка 7 % протестных голосов неожиданно перешли к Ольге Тюриной, кандидату-спутнику Николая Яшина. Еще 10–15 % недовольных избирателей отдали свои голоса за Елену Дозморову.
Поделиться:
Главные новости
Все новости компаний