Газета
 06 августа 2007, 00:00   1092

Жить в измерении «Чуда»

Пастернаковский «Доктор Живаго» вновь вдохновляет на смелые эксперименты. На этот раз актер и музыкант Андрей Гарсиа попытался соединить стихи из романа и музыку.
Автор: Кирилл Перов
Пастернаковский «Доктор Живаго» вновь вдохновляет на смелые эксперименты. На этот раз актер и музыкант Андрей Гарсиа попытался соединить стихи из романа и музыку.

26 июля Пермский театр драмы совместно с фондом «Юрятин» от­крыл двери малого зала для всех же­лающих: актер и музыкант Андрей Гарсиа представил свой вокально-инструментальный цикл «Чудо» на евангельские стихи Бориса Пастер­нака из романа «Доктор Живаго». Концерт стал частью культурной программы юрятинцев «Время Живаго», посвященной 50-летию выхода в свет пастернаковского романа.
Несмотря на всю «альтернатив­ность» музыки Гарсиа и сравни­тельно негромкую огласку меро­приятия, зал был полон. На сцене слушателей ждал Андрей Гарсиа в белой блузе и маленькой белой ша­почке наподобие кипы — он чем-то, даже жестами, напомнил Мастера из булгаковского романа.
Эта ассоциация неслучайна.
«Мастера и Маргариту» с «Док­тором Живаго» сближает многое. И прежде всего внимание кхристи-анским идеям личности и свободы. Как раз стихи на евангельские сюжеты и составили музыкальный триптих: «Чудо», «Магдалина» и «Рождественская звезда». «Рожде­ственскую звезду» Гарсиа исполня­ет и в мюзикле «Доктор Живаго», премьера которого состоялась в самом начале этого года, но в цикле «Чудо» музыкант представил свою собственную, абсолютно отличную от журбинской, музыкальную вер­сию этого поразительного стихо­творения, где каждое слово как поч­ка, набухающая смыслом. И музыка помогает раскрыть поэтический текст, расставляет в нем акценты, погружает слушателя-читателя в атмосферу произведения. В музыке слово как бы обретает телесность.
В музыкальных интерпрета­циях Андрея Гарсиа много дуэтов. Глубокий бархатный вокал Евгении Барашковой контрастировал с его собственным: артист выбрал самую низкую октаву, и потому казалось, что потусторонний бас исходит из глубин фортепьяно.
Основой музыкальной кан­вы цикла стали струнные — две скрипки и виолончель, а также фортепьяно и ударные. Музыка Гарсиа сложна, медитативна, она не отпускает слушателя, держит его в напряжении. Самый юный зритель в зале — трехмесячный младенец — не проронил ни звука и как будто вместе со всеми на­пряженно воспринимал искусство. Восточные мотивы позволяли представить себя посреди пустыни, рядом с Христом под бесплодной смоковницей («Чудо»), или на шумной площади в праздник Пасхи, где Магдалина омывает стопы Иисуса («Магдалина»), услышать мерные шаги верблюдов в караване, с ко­торым Волхвы приближаются к Вифлеему («Рождественская звез­да»). Удивительно, что подобную атмосферу создавали европейские скрипка и виолончель. Импро­визационная музыкальная ткань насыщена цитатами. Где-то уга­дываются православные псалмы, где-то — ноты жестокого романса, а иной раз прорывается железная поступь роскошного цеппелинов-ского «Кашмира».
Организаторы программы обещают, что «Чудо» на этом не закончится. Концерт 26 июля — это камерная проба пера, окончатель­ный вариант будет представлен более широкой публике грядущей осенью. Андрей Гарсиа думает о включении в вокальный цикл некоторых других текстов, в том числе стихотворения «Гефсиман-ский сад». По словам музыканта, не для каждого произведения Бориса Пастернака возможно музыкальное воплощение. Например, изначаль­но Гарсиа хотел включить в цикл стихотворение «Август» (о празд­нике Преображения Господня), но этот текст настолько самодостато­чен, что не нуждается в каком-либо оформлении.
Настоящее чудо — соединение гениального слова и достойной его музыки, необходимо почувство­вать, прожить самому. Поэтому надеемся, что «Чудо» нас настигнет еще не раз.
Поделиться:
Главные новости
Все новости компаний