Газета
 18 декабря 2006, 00:00   864

Риск избирателя

Результаты выборов в Законодательное собрание продемонстрировали, как воля избирателя может стать политическим риском.
Результаты выборов в Законодательное собрание продемонстрировали, как воля избирателя может стать политическим риском.

Вскоре после объявления результатов выборов в Законодательное собрание Пермского края один местный высокопоставленный чиновник принес пренеприятнейшее известие о готовности «Единой России» к мести Прикамью. Причина — неудовлетворительные для партии итоги голосования. Было сказано, что руководство «партии власти» рассердилось из-за худшего результата на региональных выборах в 2006 году. И теперь, дескать, «единороссы» постараются урезать долю средств, выделяемых краю федеральным центром на различные проекты.
История смутная, забавная и одним местом даже совершенно фальшивая. В 2006 году «Единая Россия» получала в трех случаях результаты и похуже. Смутная, потому что совершенно неясно, был ли мальчик, т. е. сама история, а главное — зачем нам о ней рассказали? Забавность возникает оттого, что вообще-то история выглядит вполне правдоподобной. По крайней мере, на уровне мотивировок правящей элиты. Детская обидчивость (в духе не садись на мой горшок) только называется детской, но свойственна она людям независимо от возраста. Правда, с возрастом появляется и что-то еще.
Теоретически у «единороссов» даже есть возможности реализовать обиду. Они участвуют в принятии решений о выделении денег. Но не они одни, а главное — в чем смысл? Политического смысла здесь нет никакого, потому что политический — значит публичный, а уж публичности в любом случае не будет. Целенаправленно пакостить исподтишка, реализуя комплексы? Тут и сказать нечего, только пожать плечами. Остается, правда, возможность того, что это будет происходить само собой, неосознанно, на уровне рефлекса.
В общем, смутно все и сомнительно. Непонятно и то, зачем эта новость была принесена? Нанести превентивный удар, сделав тему публичной? Укорить избирателей за нерациональное поведение, за то, что сами себе сделали хуже, проголосовав не за тех? Может быть и то, и другое, и третье.
Всерьез говорить по этому конкретному поводу почти невозможно. Хотя у темы есть интересный подтекст, и называется он риск избирателя. У каждого действия, профессии и даже бездействия есть свои риски. Скажем, у политиков, если иметь в виду сам статус, есть часто поминаемый риск публичности, т. е. риск пребывания под прожекторами общественного внимания и внимания противников. В результате на свет божий будет выволочено если не все о конкретном политике, то очень многое, включая как чистейшую правду, так и откровенную ложь. Но предполагается, что это был его сознательный выбор.
Избиратель тоже рискует — выбрать не того или не тех. Этот риск, как и любой другой, можно пытаться минимизировать. Обычно минимизацию связывают с рациональностью. Чем более рационален избиратель, т. е. чем лучше он понимает свои собственные цели и может оценить политиков как средство для их достижения, тем меньше риск. Российских избирателей часто обвиняют в нерациональности, и делают это обычно те, кто недоволен своими результатами. Но дело не в том, как голосуют — сердцем или умом, и не только в том, что избиратель не калькулятор, а политик не товар в магазине. Рациональность бывает разная, но главный ограничитель у нее всегда один —  принципиальный и неустранимый недостаток информации. Поэтому и стратегии минимизации рисков на практике куда причудливей.
Самая распространенная стратегия заключается в том, чтобы вообще не ходить на выборы. Раньше еще можно было голосовать против всех. Теперь для протестного голосования осталась одна отдушина — голосовать хоть за кого-то, главное, чтобы против партии власти. Тоже стратегия минимизации риска выбора: я же никого фактически не выбираю, я отдаю голос за заведомо миноритарную партию. Риск ее победы минимален.
В этом, кстати, состоит риторический ответ на риторический же вопрос губернатора, который он задал на интернет-конференции, состоявшейся вскоре после выборов. Его самого спросили, не кажется ли ему, что успех СПС связан с протестной позицией «вполне вменяемой части электората»? На это Олег Анатольевич ответил собственным вопросом/призывом: «Цель этого, как вы говорите, протестного, голосования в чем? Ворчать может каждый, возьмитесь за дело и сделайте!» Судя по второй части ответа, сам он ни цели, ни смысла никаких не видит. С его позиции деятеля аргумент, безусловно, убойный.
Вот только позиций здесь много, у каждой свои риски и свои способы их минимизации. Собственно, далее сам губернатор высказался в этом же русле, намекнув на памятный предвыборный ролик с разрезанием пирога: «Делить пирог и печь его — это разные задачи, и разные навыки для этого необходимы!» То, что эта констатация имеет негативный оттенок, не меняет сути дела. Мы имеем своеобразное разделение труда и разделение рисков. Риск политика заключается и в том, что ему приходится иметь дело с разными стратегиями минимизации рисков избирателями. Впрочем, главное, чтобы реакция губернатора на поведение пермского избирателя отличалась от реакции его коллег из руководства «Единой России».
Поделиться:
Все новости компаний