Газета
 06 ноября 2006, 00:00   808

Приговор вынесен

Приговор вынесен
В поисках виноватых в алкогольных проблемах все «козлы отпущения» уже найдены.
В поисках виноватых в алкогольных проблемах все «козлы отпущения» уже найдены.

2006 год рискует войти в новейшую российскую историю под знаком года алкоголя. В течение года всплывали и другие важные темы. Но, пожалуй, ни одна из них не была столь же устойчиво постоянной (может быть, за исключением «проблемы 2008» — но она все-таки остается фоновой, и кроме периодически-регулярных заклинаний президента ничего реального здесь пока больше не происходит).
В начале года случилась санитарная атака на молдавские и грузинские вина. Далее последовал длительный период невнятицы на алкогольном рынке, связанный с введением новых акцизных марок и новой системы учета и контроля алкоголя (уже пресловуто легендарной ЕГАИС), что для некоторых категорий потребителей вылилось чуть ли не в «сухой закон». Сейчас вот вынырнула тема суррогатного алкоголя и отравлений им.
Алкоголь — важная часть нашей жизни, даже для тех, кто не пьет сам. С этим не поспоришь, да и не хочется. Она до того важная, что обрамлена целым рядом мифов, которые прочно вошли в наш культурный код и даже составляют предмет национальной гордости: например, что россияне пьют больше всех в мире или что иностранцы уверены в том, что в русской традиции — пить только водку и только целыми стаканами и прочая ерунда. Когда говоришь людям, что, скажем, французы пьют не меньше, а болгары гонят самогона намного больше, чем мы, и это подтверждается голыми и довольно достоверными цифрами, люди в ответ недоверчиво ухмыляются и даже соглашаясь с цифрами, все равно сочтут это несерьезным: что за алкоголь у французов – вино?! Смех, да и только!
Все это может объяснить причину интереса к алкогольной теме, но только отчасти. Ведь на поверку каждое из событий этого года в столь волнующей людей сфере прямого отношения к алкоголю не имеет. Касательно запрета молдавских и грузинских вин, пожалуй, общее убеждение состоит в том, что аргументация господина Онищенко взята с потолка и истинная причина запрета вовсе не в вине. Новизна государственной политики относительно учета и контроля оборота алкоголя, во-первых, действительно значима только для производителей и торговцев (притом, что контроль был и раньше, и государство много за чем еще осуществляло надзор), а во-вторых, была прочувствована населением только из-за сбоя в ее проведении. Эти сбои в разных сферах случаются каждый день и через день, и ничего нового-«алкогольного» здесь увидеть невозможно.
Наконец, тема суррогатов и всяких технических жидкостей. Она выскочила как черт из табакерки, и вдруг оказалось, что за последние пару месяцев почти в двадцати субъектах РФ случилась целая «эпидемия» алкогольных отравлений. Тут засветился и Пермский край, но в середнячках, а не в лидерах, которыми стали Челябинская, Белгородская и Иркутская области (от 30 до 60 с лишним погибших), а в Псковской области даже ввели режим чрезвычайной ситуации. Вроде бы проблема, что называется, налицо.
Но, во-первых, не сказано ничего нового – кто не знал, что некоторые люди склонны употреблять всякую гадость и регулярно травятся ею? Более того, в прошлом году, по данным Госкомстата, от «случайных отравлений алкоголем» умерло почти 36 тыс. человек. В этом году цифра принципиально не изменится, а иные уверены, что будет ниже. Кто не знал, что государство должно контролировать процесс, и оно, собственно, регулярно пытается это делать?
А во-вторых, не очень понятно, какое отношение все это имеет к алкоголю как продукту потребления. Люди травятся массой всяких вещей, когда из-за неумеренного поглощения, когда из-за их качества. Но никто, насколько можно судить из сообщений прессы, более чем из 200 погибших в ходе нынешней «эпидемии», не покупал алкоголь в магазине. Соответственно, это примерно то же самое, как если бы кто-то собрался в авиапутешествие, но не на самолете, а прыгнув с какой-либо крыши. Значит, дело не в качестве спиртных напитков и не в отсутствии контроля над их производством и оборотом. Дело вообще не в спиртных напитках, которые совсем не то же самое, что спиртосодержащие жидкости.
Так в чем проблема? И есть ли она/они? Конечно есть. Смерть людей в современном обществе всегда воспринимается как проблема. И это правильно. Живодерские точки зрения, согласно которым, гибнут отбросы общества и от этого лучше всем, даже обсуждать не стоит. Но если под проблемой понимать то, что можно решить целенаправленными усилиями, то проблемы нет. Точнее, нет одной проблемы, их много – социальные, культурные, экономические.
Принципиальным же является то, что существует попытка списать нынешнюю ситуацию на действия/бездействия властей, которые не предусмотрели, не проконтролировали или даже специально разворачивают тему отравлений, чтобы оправдать введение госмонополии на оборот и продажу спирта. Эта  попытка сама является общественной проблемой, суть которой — в перекладывании ответственности и в иллюзорности ожиданий. Многие никак не хотят понять, что возможности государства всегда, а тем более в условиях современного мира, сильно ограничены. Как оно может радикально решить проблему отравлений алкоголем — запретить продажу технического спирта совсем? Или когда полагают, что главная причина лежит в экономической плоскости – нехватке денег на нормальный алкоголь, то чего ждут от государства – что оно снизит цену на спиртное? Безумие таких выводов вроде бы должно быть очевидным, но…
Главной проблемой ситуации оказывается то, что в общественном сознании «козлы отпущения» давно определены: для кого — власти, для кого — бомжи. Приговор вынесен, обжалованию не подлежит.
Поделиться:
Все новости компаний