Газета
 26 сентября 2005, 00:00   903

Война Вахрина и мир Плюснина

Депутаты Законодательного собрания Вячеслав Вахрин и Виктор Плюснин продолжительный период времени считались членами одной команды, входя в депутатскую группу «Будущее Прикамья». Однако пути парламентариев разошлись — в мае 2005-го Вячеслав Вахрин вступил во вновь образованную депутатскую группу «Гражданское общество», и по многим вопросам бывшие коллеги сегодня находятся по разные стороны баррикад. Перед началом «Политического ринга» они предупредили, что, тем не менее, сохранили хорошие личные отношения и драться не собираются. Однако двум депутатам все же нашлось, о чем поспорить. О причинах выхода Вахрина из «Будущего Прикамья», политическом кризисе в регионе, специфике парламентского большинства — в первом «Политическом ринге» Business Class.
Депутаты Законодательного собрания Вячеслав Вахрин и Виктор Плюснин продолжительный период времени считались членами одной команды, входя в депутатскую группу «Будущее Прикамья». Однако пути парламентариев разошлись — в мае 2005-го Вячеслав Вахрин вступил во вновь образованную депутатскую группу «Гражданское общество», и по многим вопросам бывшие коллеги сегодня находятся по разные стороны баррикад. Перед началом «Политического ринга» они предупредили, что, тем не менее, сохранили хорошие личные отношения и драться не собираются. Однако двум депутатам все же нашлось, о чем поспорить. О причинах выхода Вахрина из «Будущего Прикамья», политическом кризисе в регионе, специфике парламентского большинства — в первом «Политическом ринге» Business Class.

BUSINESS CLASS:
— Долгое время вы входили в состав одной депутатской группы «Будущее Прикамья». Как же получилось так, что ваши пути разошлись?
ВЯЧЕСЛАВ ВАХРИН:
— Я осознанно вышел из «Будущего Прикамья», так как посчитал, что мое членство в этой группе не дает мне реализовать те задачи, с которыми я шел в Законодательное собрание. Я почувствовал определенные сдерживающие факторы и счел необходимым уйти.
ВИКТОР ПЛЮСНИН:
— Наша группа была создана на коммуникативных началах. Тогда мы только начинали работать, еще не знали весь законотворческий процесс, и, безусловно, командно легче, проще и лучше работать. Но мы изначально договорились: поскольку у группы непартийная структура, в принципе, каждый из нас имеет право на свое мнение отличное от других. Зачастую так и происходило. Нас иногда даже спрашивали: как так, вы члены одной группы, а один голосует так, а второй по-другому, а третий вообще не участ­вует в процессе. Для окружения это было удивительно, для нас нормально. Выход Вячеслава Михайловича не внезапно произошел, мы этот вопрос обсуждали. Все дело в том, что Вячеслав Михайлович поставил себе определенные политические задачи, тогда как перед другими членами группы их вообще не стоит, или задачи серьезно отличаются. Чтобы и ему, и остальным членам группы было комфортно продолжать работу, Вячеслав Михайлович вышел из «Будущего Прикамья».
ВВ: Свое участие в любой депутатской группе я вижу в том, чтобы способствовать решению тех задач, с которыми я шел на выборы. Это должно помогать мне реализовывать свои взгляды, идеи в законотворческой деятельности, а не мешать. Когда общегрупповой интерес является сдерживающим фактором в отстаивании той или иной законотворческой инициативы, в открытом выражении своих политических взглядов, от этого нужно избавляться. Что касается базового вопроса, по которому я разошелся со своими коллегами из «Будущего Прикамья», это, конечно, монетизация льгот. Я оказывал активное сопротивление монетизации, были публичные, достаточно жесткие высказывания. Мои коллеги по группе заметили, что им неуютно от моих действий: то напряжение, которое я создавал, сказывалось на всей депутатской группе. И чтобы эта нагрузка, не дай бог, не легла на плечи других, я и ушел. С какой стати мои товарищи по группе должны были чувствовать напряжение, если им этот вопрос не важен, если им было безразлично, будет проведена монетизация или нет? Мы шли вместе, пока могли. Принципиальных разногласий сначала не было, как только они возникли, я решил уйти.
ВП: Что касается монетизации, мне отнюдь не было безразлично, я был за монетизацию, и многие жители Добрянки также высказывались за реформу. Конечно, в ней было много сырых моментов, но они были доработаны в рабочей группе, в которую мы вошли вместе. Но Вы публично вышли из нее на одном из первых заседаний, а я доработал до конца. И, думаю, на сегодняшний день все вопросы решены по максимуму. Единственная проблема – обеспечение лекарствами федеральных льготников, но этот вопрос находится в ведении исполнительной власти.
В продолжение темы выхода из группы Вячеслава Михайловича могу сказать, что политическая активность «Будущего Прикамья» в какой-то мере ослабла. Но я не думаю, что это плохо, просто обычный процесс. Да, иногда мы с коллегами по группе согласовываем наши позиции по тому или иному вопросу, но серьезной политической окраски нашей группе не придаем. Но в то же время ни один из ее участников не говорит о том, что не будет заниматься политикой и реализовывать те задачи, которые перед собой ставил. Я хочу сказать даже не о конкретных политических целях, а о способах их достижения. Одно дело – взять проблему и просто поднять ее на суд общественности. И совершенно другое – системно работать и добиваться ее решения. Любой депутат в какой-то мере политик, но политику можно по-разному проводить. Например, мой коллега Константин Окунев не скрывает своих политических задач, но это не мешает нам комфортно чувствовать себя в одной группе. При этом у нас совершенно разные точки зрения по многим вопросам, но мы не хотим, чтобы Окунев выходил из группы.
ВВ: Не совсем так. Вот ты же ведь тоже решаешь конкретные политические задачи.
ВП: И какие?
ВВ: Например, в Добрянке стартуют муниципальные выборы. У тебя есть свои кандидаты, своя газета, желание провести свою команду. Ты в любом случае занимаешься политикой, и тебе нужна проводящая среда, и депутат – это прежде всего политик. Ты вот говоришь, что Окунев собрался в мэры, а тогда я куда собрался? А я сам сегодня не знаю. Более того, для себя даже не ставлю целью снова избираться в Законодательное собрание. Дело не всегда только в цели, но и в ответственности. Если что-то делается неправильно, я не буду делать вид, что ничего страшного не происходит, я буду бить тревогу и задействую весь имеющийся у меня арсенал для того, чтобы вскрыть эту проблему, придать ей общественное звучание и высказать свою принципиальную позицию. Неважно, вразрез с чьим мнением это пойдет. Протестуя против монетизации, в лице Чиркунова я нажил себе врага. Но я никогда не буду голосовать не в соответствии со своими убеждениями, в угоду чьим-то амбициям и желаниям.
«BC»: В последнее время в Пермской области ходили разговоры о расколе региональной элиты. Насколько обоснованно, на ваш взгляд, это мнение?
ВВ: Совершенно очевидный факт, что у и. о. губернатора Олега Чиркунова есть большинство в областном парламенте, через которое он сможет реализовать любые задачи, которые перед собой ставит. Но есть и проблемы. Очевидно, что областной администрации пришлось отозвать из Законодательного собрания законопроект о переносе выборов только из-за того, что они не смогли привести это большинство. Значит, существуют проблемы управления большинством. И это свидетельствует о наличии кризиса.
Ведь не факт, что если Президент внесет его кандидатуру на пост губернатора Пермского края в ЗС, в этот момент найдутся именно те, которые проголосуют за него. Большинство в нашем парламенте безыдейное. И сегодня нельзя сказать, что оно симпатизирует Чиркунову, считает его курс правильным и готово под ним подписаться. Это большинство, которое просто сформировано под кресло главы региона. Это не люди команды Чиркунова, которые готовы глотку перегрызть за него, вовсе нет. Если бы это кресло занимал другой человек с совершенно противоположными взглядами, я не исключаю, что они точно так же были бы управляемы с этого кресла. Но это большинство неустойчиво. Сегодня оно из уважения к креслу голосует и делает так, а завтра из другого, более значимого кресла поступит совершенно противоположное указание. И большинство, казавшееся вроде бы надежной опорой, вдруг уйдет из-под Чиркунова и будет управляться совершенно другими фигурами.
Я всегда считал, что опираться можно только на то, что сопротивляется. Нам удалось выстроить рабочие отношения с Юрием Трутневым, хотя до этого их можно было считать испорченными – я критиковал его деятельность на посту мэра. Но мы договорились, что я реализую свои депутатские полномочия, не перехожу на оскорбления, но оставляю за собой право высказывать свою собственную позицию, и он, мне кажется, с этим согласился. Я не был членом его команды, мы не были друзьями, но рабочие моменты все строго соблюдались, и это, мне кажется, самое главное. На сегодняшний день у Чиркунова нет такого авторитета, который был у Трутнева, соответственно, нет и такой команды. Все разбежались кто куда, а то, что осталось… дай бог, чтобы кто-нибудь помог этим людям справиться в непростой ситуации. Я наблюдаю вице-губернаторов в различных ситуациях и замечаю, что им не хватает ни навыков, ни практики, ни профессионализма, ни знаний – ничего. Я не вижу блеска в их глазах от того, что они являются членами команды Чиркунова. Все как-то зыбко, временно и неустойчиво.
Между тем сегодня именно депутаты ЗС фактически будут избирать губернатора. Казалось бы, этой ситуацией можно пользоваться и выстраивать четкие, конкретные приоритеты в работе с областной исполнительной властью, впервые в жизни рычаг управления находится в руках Законодательного собрания. Но депутаты парламента оказались не готовы к этому, они, как цыплята, продолжают искать ту курицу, за которой надо пойти. А ведь могли пригласить Олега Чиркунова и четко поставить ему определенные задачи и сказать, что если Вы, Олег Анатольевич, не будете придерживаться такого политического курса, мы вас просто не изберем. И он бы никуда не делся и был бы вынужден с этим считаться. Но, к сожаленью, тот коллектив, который сегодня заседает в Законодательном собрании, на это не способен.
ВП: Большой монолог получился… Вы знаете, у меня другая жизненная позиция: лучше худой мир, чем большая война. Вот Вячеслав Михайлович в лице Чиркунова нажил себе врага. Порой я задумываюсь, почему сегодня начинаются войны. У людей, которые во власти, должно быть другое понимание – а нужна ли эта война населению. Да, Вячеслав Михайлович может трактовать это как слабость моего характера, но я действительно не буду просто так воевать, сначала я постараюсь по максимуму отрегулировать это мирным путем, политика, собственно, и заключается в поиске компромисса. Но если видишь, что добиться его невозможно, тогда останавливаться действительно нельзя, надо решать вопрос до конца. Но в этом случае необходимо, чтобы у тебя хватило сил. Может быть, ты должен отступить на шажок, накопить силы и тогда хоть танком, хоть буром вопрос решить. Яркий пример – мы вместе занимались проработкой вопроса предоставления льгот по транспорту для пенсионеров, вышедших на пенсию по возрасту. Вопрос был непростой, на его решение требовалось более 80 млн из бюджета, администрация просто встала на дыбы, но мы сумели доказать свою правоту. Сначала было полное отторжение, потом мы набрали сил и сумели найти устраивающее всех решение – установили льготу в 50 %.
Одним словом, мы с Вячеславом Михайловичем расходимся в способах и методах. У него есть своя четкая позиция, за что я его уважаю. Мы люди взрослые, и перевоспитывать нас уже поздно. Время и избиратели рассудят.
«BC»: Одним из самых сложных вопросов в ЗС стал перенос выборов на март. Сначала для принятия законопроекта не хватило кворума, потом документ был отозван и лишь с третьей попытки был принят…
ВВ: Чиркунов хотел принять решение о переносе выборов и добился этого. Причем он не скрывал своих желаний, методов и целей. То, что в первый раз не было кворума, было отработано, кворум просто прятался в кустах. Что касается лично меня, я уже отучил чиновников администрации области обращаться ко мне с некорректными просьбами, вроде, приди-не приди, проголосуй-не проголосуй. Хотя, еще когда рассматривался вопрос о монетизации, такие просьбы были. Но так мелко я не размениваюсь и не продаюсь вообще. Кстати, такие разговоры у нас и называются «дополнительными консультациями».
Лично я считаю, что необходимости в смене сроков не было. Хотя, в принципе, ничего страшного в переносе выборов нет, кроме одного, Чиркунову нужно время для того, чтобы вмешаться в политические процессы. Считаю это вмешательство вредным, незаконным и недопустимым. Более того, мы уже знаем, через какие механизмы это будет происходить: маски-шоу, привлечение силовых структур… У меня нет личного интереса к выборам мэра Перми и депутатов гордумы. Но я считаю, что вмешательство исполнительной власти региона в дела местного самоуправления недопустимо.
ВП: Я поддержал законопроект о переносе выборов. Да, сначала кворума не было. Если кто-то не пришел специально, наверное, это их не красит. Все-таки нужно свое мнение по ключевым вопросам высказывать. Но в тот день многие депутаты действительно были за пределами области, и они о своем отсутствии предупреждали заранее. В летние месяцы у нас нередко бывают проблемы с кворумом. В прошлом году, например, такая ситуация была. Думаю, на 90 % заседание не состоялось по объективным причинам…
ВВ: Извини, перебью. Есть яркий пример, который ставит все по местам. Идет внеочередное заседание Законодательного собрания, на котором решается вопрос о переносе выборов. Передо мной сидит депутат Николай Быков. Сильно заболел, практически ничего не видит. Встает и говорит: «Извините, я больше сидеть не могу, мне очень тяжело, до свидания». Мы прощаемся, и он уходит из зала. Через пять минут возвращается. Его коллега из Коми округа Владимир Шипицын спрашивает, почему он вернулся. Отвечает, Яшин попросил вернуться и проголосовать. Так что если нужно, кворум они всегда соберут, даже слепого заставят голосовать.
ВП: Вопрос о переносе выборов, конечно, очень политизированный и важный, и я считаю, что в голосовании должны были принять участие максимум депутатов. Хотя даже 31 августа были не все, только 34 депутата…
ВВ: А можно вопрос?
ВП: Конечно.
ВВ: А не кажется ли тогда, что при наличии большинства, 21 человек из фракция «Единая Россия», работа остальных депутатов становится бессмысленной? Есть люди, которые принимают решения, а остальные остаются в меньшинстве. И не кажется ли, что меньшинству только и остается, что заявлять свою позицию открыто и принципиально? Голосов в поддержку все равно не набрать, управляемое большинство является фактором, сдерживающим любое альтернативное решение.
ВП: А вы считаете, что большинство настолько управляемое и игра идет только в одни ворота? Я вот так не считаю…
ВВ: А приведите мне пример, когда Чиркунов хотел принять тот или иной законопроект и не смог это сделать и когда управляемое большинство оказалось неуправляемым? Когда Чиркунов говорит: «Не принимайте», а ему говорят: «Вот тебе» и принимают?
ВП: В июле, например, мы не приняли методику формирования бюджета. В том числе и некоторые члены «Единой России» проголосовали против.
ВВ: Да нет, как раз все дело было в низкой явке. «Единая Россия», на мой взгляд, вообще отличается своей неорганизованностью и безыдейностью. В августе ведь без проблем переголосовали.
ВП: Я хоть и не являюсь членом «Единой России», могу сказать, что с ее стороны нередко выдвигаются здравые инициативы, многие из которых я поддерживаю. В частности, вопрос о единовременной денежной выплате пенсионерам в 300 рублей, что стало результатом компромисса между «единороссами» и властью. Или другой пример: Владимир Рыбакин предложил разобраться с тарифами ЖКХ, была создана рабочая группа…
ВВ: Правильно. Сначала проблему создали, потом занялись ее решением.
ВП: Эту проблему создали не они, а реформа ЖКХ…
ВВ: В том числе и законы Пермской области, которые не предусматривают многие вещи и не сгладили ситуацию…
«BC»: Последний вопрос. Чтобы вы напоследок пожелали друг другу в политической карьере?
ВВ: Я бы пожелал Виктору Борисовичу все-таки увлечься политикой, почувствовать в себе публичного политика, поменьше осторожничать и выжидать, и побольше реализовывать свои собственные убеждения. Я считаю, что если это будет так, то Виктор Борисович будет очень эффективным депутатом, потому что идей очень много, его принципиальные взгляды мне нравятся. Не хватает только решимости в их реализации.
ВП: Я Вячеславу Михайловичу хочу пожелать одного. Я его очень ценю, он действительно человек очень инициативный. Порой он может высказывать такие вещи, о которых многие депутаты никогда не говорят в открытую. Единственное, хотелось бы, чтобы его целью было не просто желание высказаться, а довести все до логического конца.
ВВ: Переводя на русский язык, вы мне пожелали, чтобы в Законодательном собрании я входил в группу, у которой будет большинство и которая будет способна принять любое решение?
ВП: Нет.
Поделиться:
Все новости компаний