Газета
 28 февраля 2005, 00:00   945

Иные задачи

Два юбилея, три региона – одна бедность.
Два юбилея, три региона – одна бедность.

Первый юбилей – это 80-летие Коми-Пермяцкого автономного округа, которое отмечалось как раз на прошедшей неделе. Событие, не бог весть, какое важное, если, конечно, не поддаваться риторике ранних советских лет о том, что создание подобных округов есть реализация вековой мечты национальных меньшинств об обретении собственной государственности ради всяческой автономии и освобождения из-под гнета (в том числе русификаторского) царизма. В любом случае, те времена прошлые и дела темные. Коми-пермяков тогда никто ни о чем не спрашивал, и чего их самосознание желало – неизвестно. Теперь спрашивать принято, и мы знаем, что большинство жителей Коми-округа решило со своей маленькой государственностью расстаться и вместе с согласившимся большинством населения Пермской области создать новую и чуть более крупную – Пермский край. Эта перспектива придает значимость юбилею. С одной стороны, он оказывается последним, что, наверное, для кого-то грустно. С другой, его, конечно, пытаются представить как хорошую исходную точку для движения к новым вершинам. Каким? Подоплекой, пожалуй, большинства обоснований необходимости укрупнения регионов была и остается святая цель – борьба с бедностью. В нашем случае с бедностью самого Коми-округа, сильно уступающего области в уровне экономического развития. Но также самой области, в силу кумулятивного эффекта и увеличивающейся совокупной мощи края. И всей страны, на благо которой новый, более крупный, регион сможет сделать куда больше. В Интернете есть публикации пермской прессы о предыдущем, 75-летнем, юбилее Коми-Пермяцкого автономного округа. В них уже есть та риторика, которую будут использовать позже при подготовке к объединению. И что округ, по сути, всегда был сырьевым придатком промышленного Прикамья, и про удушающую финансово-экономическую зависимость (прежде всего, от федерального бюджета), и про низкий, более чем в два раза, уровень жизни, и про чуть ли не полное отсутствие современной инфраструктуры. Примечательны выводы: помимо уже ставших за пятнадцать лет мантрой пожеланий мощных инвестиций, писали о необходимости «выхода на сильного, платежеспособного потребителя». Речь не о том, что с прошедшего юбилея ситуация в округе мало изменилась, а о том, что выход, вроде бы, найден. Главное, чтобы было с чем выходить.

Здесь самое время упомянуть другой юбилей, иной регион и связанные с ними события. Грядущим летом будет отмечаться памятная дата в истории Калининграда/Кенигсберга (выраженная куда более серьезной цифрой). К образованию этого города ни большевики, ни вообще русские отношения не имеют. За последние шестьдесят лет руку приложили, пожалуй, только к тому, что от Кенигсберга в нынешнем Калининграде уже почти ничего не осталось, за исключением одной, довольно известной, могилы. Самый западный субъект Российской Федерации, центром которого Калининград и является, тоже довольно бедный регион. Бедный, прежде всего, в смысле крайней несамостоятельности: экономика региона живет за счет беспошлинного импорта. Особый статус «форпоста России» и внимание к нему федеральных властей выразилось и в том, что на тамошний юбилей будет выделено 2 млрд. рублей из общероссийского бюджета. И вот, инспектируя город на предмет подготовки к торжествам, полпред Президента в Северо-Западном федеральном округе Илья Клебанов заявил, что Калининграду нужно присвоить статус заграничной территории. Довольно сложно сказать, что имеется в виду, потому что такого понятия нет в российской Конституции, где дается исчерпывающий перечень статусов субъектов Федерации. В этом — главное препятствие на пути смелой инициативы, которую многие истолковали как открывающую возможности для адаптации областного законодательства к европейскому и даже для вхождения региона в зону евро. Перспективы сомнительные, но примечательно направление поиска решения непростых проблем транзитного региона. Его тоже пытаются куда-то «всунуть», к чему-то присоединить. Укрупнить за счет слияния с другим российским регионом не получается чисто географически. Надо как-то умудриться «пришить» его к Евросоюзу, при этом оставив «нашим».

Только выход калининградской экономики «на сильного, платежеспособного потребителя», то есть на европейский рынок, например, в форме беспошлинного экспорта, не имеет смысла: область не производит ничего, что можно экспортировать в Европу. У Пермского края положение получше. Но на сырье в современном мире далеко не уедешь. Да и в этом деле мы не рекордсмены. Например, крупнейшая в мире по капитализации компания, американская ExxonMobil, за прошлый год продала разнообразных нефтепродуктов почти на $300 млрд. Эта цифра еще не равна ВВП нашей страны (т.е. тому, что произвела и продала вся Россия за год), но порядок тот же – сотни миллиардов. Наши сырьевые гиганты на фоне американского монстра просто карлики. Что уж говорить про «реальный сектор», там разрывы еще более впечатляющие. Приведу пару цифр, которые совсем не новы и не сенсационны, но каждый раз, сталкиваясь с подобным, испытываешь легкое потрясение. На одном ниссановском заводе в Англии на каждого работающего приходится 78 выпущенных машин в год. На АвтоВАЗе эта цифра равна 6 (шести)! В тринадцать раз меньше!

Борьба с бедностью это, прежде всего, — увеличение производительности труда. К сожалению, само по себе укрупнение регионов решить эту задачу не может. В лучшем случае, хотя бы поможет.
Поделиться:
Главные новости
Все новости компаний