«Сами по себе мы не уйдем»

Вячеслав Чмых возглавляет в ГУ МВД по Пермскому краю подразделение по защите свидетелей. Он впервые дал развернутое интервью СМИ и рассказал, что могут запретить человеку под защитой, бывают ли конфликты с защищаемыми и встречались ли среди «клиентов» известные люди Перми.

 «Сразу хочу предупредить, что на ряд ваших вопросов я точно не дам ответов. Не ждите от меня примеры и от статистики, поскольку даже незначительная информация может позволить раскрыть тактику и методику нашей работы, нанести вред людям, которых мы защищаем», – с такого вступления начинает наш разговор начальник оперативно-розыскной части по обеспечению безопасности лиц, подлежащих государственной защите ГУ МВД России по Пермскому краю Вячеслав Чмых. – Девиз нашей работы – защитить жизнь, чтобы правосудие восторжествовало. Само направление государственной защиты свидетелей появилось в период перестройки, подразделения по борьбе с организованной преступностью как раз и занимались этой работой, обеспечивали безопасность свидетелей и потерпевших, как правило, по делам об организованной преступности».

Вы не предоставляете информацию даже о делах, потерявших актуальность за давностью лет?
– Все наши дела под грифом «секретно». Даже за давностью лет информация часто представляет опасность для тех, кого мы защищаем, или членов их семей. Проблема в том, что те, кому нужно, даже из небольшого объема данных могут сделать выводы, понять, что именно произошло и кто к этому причастен.
А ведь для кого-то найти определенного человека – цель жизни. Понимаете? Найти, чтобы отомстить ему или его близким за то, что дал правдивые показания на следствии или в суде.

Как попадают в категорию тех, кого нужно защищать, на каком этапе люди узнают о государственной программе по защите свидетелей?
– Если говорить о подозреваемых, то, как правило, это происходит при возникновении так называемой сделки с правосудием. Подозреваемый дает показания, готов оказать помощь следствию, и его дело рассматривается в особом порядке. Закон предусматривает: если люди дают правдивые показания и помогают разоблачить других участников группы и соучастников преступления, то к ним могут отнестись снисходительно и ограничиться более мягкой мерой наказания. А мы в этом случае должны обеспечить его защиту. Даже после судебных решений.
Другая категория – свидетели. Можно стать очевидцем преступления нечаянно. Были случаи, когда люди становились свидетелями тяжких преступлений, просто идя по улице. Этакий типичный пример американского фильма – идет человек и видит, как один стреляет в другого, причем злоумышленник – человек публичный, известный, влиятельный. Такой персонаж может давить на свидетеля, вот тут мы и подключаемся.
Обычно во время следствия такие свидетели сообщают, что могут давать показания лишь при условии обеспечения безопасности.

Вы сказали – публичный человек. Я могу расценивать это так, что в вашей практике встречались и публичные люди Перми?
– Конечно, можете так расценивать. На современном этапе развития общества жизнь человека становится менее ценной, стираются нормы морали. Подчас человек считает, что для решения своих бизнес-проблем проще нанять человека, чтобы он разобрался с оппонентами.

Как вы думаете, что чувствуют ваши подопечные?
- Вы, наверное, видели фильм «Телохранитель». Героиня Уитни Хьюстон все пыталась избавиться от телохранителя. Вот так и у нас. Но перед нами закон поставил задачу – обеспечить жизнь человека. Конечно, возникают сложности. Находящемуся под охраной могут запретить посещение публичных мероприятий или даже выход в интернет. Порой вводится лимит на общение с родственниками или знакомыми.

Жалуются ли на вас ваши опекаемые?
– Конечно, не без этого! Кому приятно, если куда-то не пускают, следят за каждым шагом. Естественно, человек вправе отказаться от этой государственной услуги. Но мы стараемся договориться, предлагаем другие меры безопасности. Понимаете, в случае защиты с нашей стороны публичное лицо никогда не может остаться наедине с собой, а это огромная проблема для человека. До такой степени может дойти, что ему и в ванную с нами приходится ходить. И если человек говорит – надоели вы мне, не нужна мне ваша защиты, то этот вопрос решается только со следователем или судьей. Сами по себе мы не уйдем. И будем делать все, что он нас зависит.

Как долго свидетель находится под вашей защитой?
– Сроки не оговариваются, это может быть и месяц, и 10 лет. В некоторых случаях свидетелю приходится полностью менять свою жизнь. А это стресс, когда человека выдергивают в одних тапочках или домашнем халате – и его больше нет для всех. Он в другом городе, под другим именем. И никто про него ничего не знает.
Во время процесса его могут дистанционно допрашивать, и ни подсудимые, ни присяжные не будут знать, кто он такой. В судах есть специальное оборудование, которое позволяет это сделать.

Бывали такие случаи, когда приходилось защищать судью или присяжных заседателей?
– Да. Как правило, подобные случаи связаны со сложными делами организованной преступности, когда злоумышленники или их окружение пытаются повлиять на мнение судьи, оказать давление всеми средствами. Воздействие бывает и физическое, и через родственников, или с помощью СМИ, к примеру, путем издания материалов, порочащих честь судьи. Согласитесь, это тоже оказывает давление на порядочного человека. То же самое относится и к присяжным заседателям. Вынесение вердикта – это сложный процесс, на который никто не имеет право влиять.

Какие минимальные и максимальные меры по защите могут быть приняты? Из каких средств эти меры оплачиваются?
– Законом определено несколько видов мер безопасности. Некоторые из них – личная охрана, охрана жилища и имущества, замена документов, временное помещение в безопасное место. Все эти меры эффективны и важны. Финансово, пожалуй, самое дорогое – изменение внешности. Но обходились пока без этого. Меры по безопасности свидетелей – это государственные услуги, и они финансируются в рамках Государственной программы «Обеспечение безопасности потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства на 2014-2018 годы», утвержденной Постановлением Правительства Российской Федерации от 13 июля 2013 года №586. Там указана сумма, выделенная на эти цели. Мы стремимся рационально использовать государственные средства. И уверяю, что мы не расточители. Да и сотрудники у нас работают очень порядочные. А это крайне важно в нашей работе.