«Дербент – это не за границей», – проговаривала я каждый раз, рассказывая о планах на отпуск. Возможность прочувствовать единство города со страной (и отчасти с Пермью) представилась в первый же день изучения основных туристических мест. Точнее, одной из самых новых достопримечательностей является реконструированная набережная вдоль городского пляжа.

В сентябре прошлого года работы на ней находились на стадии котлована. В начале июня объект сдали. Не один десяток кабинок для переодевания и душевых, камеры хранения как в супермаркетах, смотровая площадка, подъемники для колясок, столбики с водой для мытья ног. Но нет зонтиков, кроме нескольких платных (100 рублей за первый час, 50 рублей – за последующие), и нет воды ни в душах, ни в столбиках. По одной из версий, озвученных сотрудниками пляжа, их совсем не подключили к городским сетям, по другой – воду дают по часам. Но мы таких часов не наблюдали.

Впервые Дербент стал российским в 1772 году. Город, входящий на тот момент в состав Ирана, без боя сдался Петру I. Тогдашний правитель Дербента имам Кули-бек преподнес императору два серебряных ключа, один из которых хранится в военном музее в Петербурге. В Дербенте Петр жил в построенной специально к его прибытию землянке.

Ее фундамент откопали к 2000-летию Дербента, которое отмечали в 2015 году. Поставили над землянкой стеклянный колпак, благоустроили территорию, построили выставочный зал, где проходят различные курсы, мастер-классы и арт-проекты. Сейчас на улице установлен большой экран – по субботам бесплатно показывают кино. Все сделали на средства мецената. А до того как нашли спонсора, над фундаментом землянки императора был обычный жилой дом.

К юбилею реконструировали не только обиталище Петра, но и главную достопримечательность Дербента – крепость Нарын-кала. В одном из ее зданий открылся музей, где выставлены археологические находки. В Гауптвахте XIX века разместили огромный макет города. Отреставрирована также Джума-мечеть – одна из пяти старейших в мире, она построена в VIII веке и сейчас продолжает действовать. Активно ремонтировались дороги, тротуары и фасады домов. При внимательном взгляде на памятники архитектуры несложно отличить древние, потемневшие от времени камни, от светло-желтых кирпичей, которые изготавливают в местной каменоломне. Из них же сделаны многие современные дома и постройки.

Примечательно, что Петр I был в Дербенте в августе, как и мы. Он сбрил свои длинные волосы, чтобы легче переносить жару. Их потом использовал архитектор Растрелли для создания восковой фигуры императора. Да, действительно было очень жарко! А еще август в Дагестане – сезон свадеб. Празднуют на широкую ногу. В Дербенте, где население чуть более 120 тысяч человек, есть кафе на 1300 мест, чтобы вместить всех гостей. И при этом существуют понятия «свадьба жениха» и «свадьба невесты», то есть сначала гуляет одна половина родственников, потом другая, так как обе уместятся не в каждом заведении.

Организацией свадеб занимаются родители брачующихся. Даже приглашения на торжество приходят от их имени. Сохранилась традиция сватовства, а вот калыма – нет. В деревне, куда мы ездили посмотреть на виноградники, отец семейства рассказал еще об одной родительской обязанности: каждому сыну нужно построить дом. Он как раз этим занимался. А к его шестнадцатилетней дочери уже приходили сваты. Но она хочет учиться – на врача или учителя. Пока ходит в школу, которая стоит высоко на горе.

В свадебный сезон над крепостью кружат дроны – молодожены фотографируются. Музыканты играют на национальных инструментах. Заметив нас, исполнили «Катюшу». Местные говорят, что туристов в этом году много. Но взглядом со стороны ажиотажа не видно. Иностранцев нам удалось идентифицировать лишь однажды. Группа китайцев ловко шагала по стенам цитадели и поприветствовала нас, по слогам выговорив «здравствуйте». Нарын-кала стоит на горе, от нее идут две крепостные стены. Одна из них раньше уходила в море на полкилометра.

Отправиться с организованной группой на экскурсию сразу в крепость и Джума-мечеть можно из Музея мировых религий и культур. Мы осматривали старую часть города самостоятельно и прошлись по узким, хаотично застроенным улицам. Одну из крепостных стен реконструировали, а вплотную ко второй стоят дома. Их хотят снести, чтобы восстановить исторический облик стены. В Дербенте намереваются развивать туризм и продолжать строить город такими же темпами, как набережную. «Через пять лет приедете – не узнаете Дербента», – постоянно повторяли нам.

Недавно власти Дагестана представили турецким инвесторам площадку для строительства санаторно-курортного комплекса «Золотые пески» в Дербентском районе. Но пока инфраструктура в большинстве своем далека от турецких отелей. Мы были на одной из крупных турбаз и словно оказались в санатории 20-летней давности в Анапе. Радушный хозяин предлагал разместиться за 500 рублей в сутки (за питание нужно доплачивать отдельно). В реконструированном корпусе той же базы номер стоит 1200 рублей.

Мы предпочли домик у моря, в единственной комнате которого есть кондиционер. В конце концов в Дербенте проводить дни в номере, каким бы он ни был, вряд ли стоит. Кроме достопримечательностей в городе, как минимум, нужно посмотреть виноградники и горы – с озерами, водопадами и ущельями. Я видела одно, и оно невероятно красиво. А all-инклюзив можно заменить местными винами, стоящими очень дешево, и походами в хинкальные. Еще обязательно нужно попробовать чуду – местный вариант чебуреков.

Директор турбазы, в которой мы так и не поселились, был одним из немногих в Дербенте, кто знал о Перми: в основном о ресторане «Суфра». Ближе всего знаком с Прикамьем оказался охранник Джума-мечети. Его брат учился в Перми в училище МВД, пока его не отчислили. Несмотря на это, в Дербенте периодически принимают пермских друзей. Нам тоже «сделали уважение» и предложили чаю. А потом и пловом накормили. Обычно на территории мечети готовят и едят по разным торжественным поводам – рождение ребенка, например.

В большинстве же случаев ответить на вопрос «Откуда вы?» просто: «Из Перми» было мало. Требуются более широкие обозначения. «Мы с Урала» – этого дагестанцу достаточно, что понять, что приехали вы ужасно издалека, почти из Сибири. О возможности объясняться через сериал «Реальные пацаны» я, к сожалению, вспомнила лишь в последний день отдыха.

Смутность представлений большинства жителей Дербента о Перми – и наоборот – объяснима. Дербент гораздо ближе, например, к Баку, чем к Уралу. Город находится всего в 40 километрах от границы с Азербайджаном. На рынке стоят таксисты, готовые вас до нее довести. Еще от Дербента до Баку можно доехать на поезде. А вот до Перми – только с пересадками. Если соберетесь, то знайте: пляж у новой набережной не единственный – есть и с работающими душами.

Справка Business Class В древности по узкому коридору между Кавказскими горами и Каспийским морем, который впоследствии преградила собой дербентская крепость, проходили племена из степей Юго-Восточной Европы на Ближний Восток. Город входил в состав Кавказской Албании, попал в зависимость от Ирана. Был захвачен тюрками и хазарами, потом арабами. Позже вошел в состав Золотой Орды, присоединен к Персии. По Петербургскому договору 1723 года, закрепившему итоги I Персидского похода войска Петра I, Дербент отошел к России. На время снова стал персидским и с 1813 года – окончательно российским. Наследие бурного прошлого Дербента – почти четыре десятка национальностей и несколько религий. Здесь живут лезгины, азербайджанцы, табасараны, даргинцы, русские, агулы, армяне, евреи, аварцы и другие.